– А потеряться среди них он не боится? – хмыкнул я.
– Отнюдь, – раздался голос хозяина. Он как раз спускался с верхнего этажа, держа в руках стопку желтых листов. – Собранные здесь поэмы и баллады лишь направляют меня, не давая сбиться с пути. Герцог Блэс, – он умудрился поклониться, не выпуская листы из рук.
– Рад тебя видеть в добром здравии Эрнест. Позволь представить моего зятя. Барон Берси Хок. А это, как ты мог догадаться, самый известный во всей империи поэт – Эрнест Сол.
– Не самый известный, – немного замялся поэт, но лесть ему пришлась по вкусу, – но узнаваемый и цитируемый.
Поэт был высок ростом и тощ как весло. Простой без шитья и украшений камзол висел на нем как на вешалке. Я бы дал ему лет тридцать, может чуть больше. Лицо приятное, гладко выбритые скулы и длинные волосы, стянутые на затылке толстой ниткой. Он немного щурился, и от этого казалось, что он хитрит или хочет обмануть. Опустив ношу на стопку из книг, он подошел к нам.
– Перед тем как узнать цель вашего визита, спешу предложить новый сборник романтических стихов. Ваша супруга, господин Блэс, будет довольна, смею вас заверить.
– Отправь с посыльным, – благодарно кивнул герцог. – Берси, если тебе когда-нибудь нужно будет поразить сердце женщины словом, – наставительно сказал он, – смело обращайся к Эрнесту. И это не только стихи, но и изысканные комплементы. Они, правда, стоят существенно дороже.
– Нет ничего дороже, чем внимание возлюбленной, – заметил поэт.
– Спасибо, запомню, – я натянуто улыбнулся.
– Может чаю? Или вина? – предложил Поэт.
– Нет, спасибо, я ненадолго, – герцог протянул ему кошель. – Здесь задаток по тому вопросу, о котором я писал раньше.
– А, героическая поэма. Двести страниц?
– Двести, – подтвердил Даниель. – Все, я вас оставляю.
Хлопнув меня по плечу, герцог умчался по делам. Я проводил его озадаченным взглядом.
– Так, – протянул поэт, копаясь во внутренних карманах камзола. Не найдя нужного, он прошел по комнате, подхватил пару только что принесенных листов и чернильницу с пером. – Не стойте, барон Хок, садитесь. Вчера я получил от герцога письмо, в котором он вкратце рассказал о том, как вы сразились с полчищем оборотней. Ночью, в лесу, один против нескольких сотен озверевших монстров, – он сел на край дивана, поближе к чайному столику, и принялся записывать собственные мысли. – Защищая семью и возлюбленную… М… Это будет шедевр! Определенно…
– Вы хотите написать поэму про меня?
– Про поступок. Достойный настоящего мужчины, – не отрываясь, ответил он. – Вы маг?
– Целитель… Стойте, стойте. Я вас прошу, не надо никаких поэм. Тем более героических. Герцог, наверное, пошутил.
– Не нужно быть таким скромным, – он поднял глаза. – А, вижу у вас это впервые, – догадался он. – Возраст все-таки и… да…
Он быстро зачиркал на листе, поймав какую-то мысль.
– Время, – внезапно оторвавшись от бумаги, сказал он. – Оно стирает воспоминания. Затупляет их, как камень лезвие меча. А слово, записанное на бумаге, оно вечно! Как узнают внуки и правнуки о ваших героических похождениях? Будут ли они гордиться вами, будут ли стремиться стать такими же? Многие нанимают летописцев, пишут скучные мемуары, – с презрением сказал он. – Которые никто не будет читать.
– Заманчивое предложение, но я откажусь…
– Барон Хок, при всем уважении. Разве вас устроит, если я напишу об этом с чьих-то слов?
– Меня устроит, если вы не станете об этом писать вовсе.
– Что вас смущает? Нет, я просто хочу понять.
– Мне не нужна огласка.
– Разочарую вас, – улыбнулся он. – Могу назвать таверну, где всего за пару медяков вам расскажут обо всем, что произошло в поместье в ту ночь. Бесплатно можно послушать на постоялом дворе у рынка, где любят выпивать люди герцога. Оборотни и все что с ними связано, сейчас главная тема всех разговоров и сплетен. Так что, – он развел руками, – скоро об этом будет судачить вся Империя.
– И о чем же говорят в тавернах? – прищурился я.
– Что вы повели в бой демонов и разгромили армию родного брата герцога Блэс, который хотел занять его место. Думаю, речь идет об асверах полудемонах, которых вы наняли в качестве телохранителей. Оборотни же рассказывают, что вы разбили дружину брата герцога, когда спасали невесту, которую выкрал его сын. Говорят, что весь лес на многие километры был усеян трупами оборотней, умерших в страшных мучениях.
Я провел по лицу ладонью. Прав был автор той замечательной книги в библиотеке дедушки. «Хочешь управлять слухами – распространяй их сам». Герцог это понимал. И нет, чтобы сказать все прямо, они решили надо мной подшутить. Думаю, что дороже всего Эрнест Сол брал не за стихи и рифмы, а за распространение нужных слухов по всей империи.
– Пишите, – вздохнул я. – Демонов там никаких не было. Как и асверов. Сын кузена герцога действительно похитил мою невесту. Удачно подгадал к тому времени, когда их семья решит сменить власть в роду. Войско они собрали всего в пару сотен голов. Половина из которых разбежалась, когда вторую я сжег магией.
– А у целителей есть подобные заклинания? – удивился поэт. – Думал, вы можете только лечить?
