— С клонами? — удивленно переспросил Стинов.
— Да, — кивнул Шалиев. — На сельскохозяйственных работах у нас задействованы клоны. Но управляют ими люди. Работа несложная и хорошо оплачиваемая.
— У меня совершенно нет опыта, — замялся Стинов.
— Уверяю вас, в этом нет ничего сложного. Вас быстро всему научат. Если других возражений у вас нет, вот код для связи с управляющим плантацией в секторе Мичурина. Его имя Эриксон. Пер Эриксон. Переговорите с ним в ближайшие дни.
— Благодарю вас, господин Шалиев, — только и смог сказать Стинов.
— Не стоит, — снова улыбнулся Шалиев. — Я всего лишь предоставляю вам плацдарм, с которого вы сможете начать путь вверх. Все остальное будет зависеть только от ваших способностей и старания.
— Я буду искренне рад, если смогу быть полезен Информационному отделу, — с чувством произнес Стинов.
— Не сомневаюсь, — плавно повел подбородком сверху вниз Шалиев. — Надеюсь, вы не откажете и мне, если я когда-нибудь обращусь к вам с поручением личного характера?
— Я полностью в вашем распоряжении, господин Шалиев! — с готовностью воскликнул Стинов.
— Я свяжусь с вами, когда вы мне понадобитесь, — кивнул Шалиев. — Ну а пока желаю вам удачно устроиться на новом месте. Если возникнут какие-либо проблемы, не стесняйтесь, обращайтесь прямо ко мне.
Шалиев снова улыбнулся и протянул Стинову визитную карточку с золотым обрезом.
Выйдя из кабинета Шалиева, Стинов сразу же утратил добрую половину распирающего его восторга, столкнувшись в приемной с шефом службы безопасности отдела.
Стоянович смерил его неприязненным взглядом и тихо, так, что было слышно только одному Стинову, прошипел:
— Если у тебя окажется не в меру длинный язык, я тебе его отрежу.
То, что он поступит именно так, как обещал, лично у Стинова никаких сомнений не вызывало. И это была не самая последняя причина, по которой он не испытывал ни малейшего желания когда-нибудь вновь встретиться с шефом службы безопасности, даже за рюмкой коньяка.
Добравшись до сектора Менделеева, Стинов быстро нашел свою новую комнату. Жилая секция состояла из двух комнат, одна из которых принадлежала Стинову.
Игорь постучал в соседнюю дверь, собираясь представиться, однако дверь оказалась заперта, и на стук его никто не ответил.
Вещей у Стинова никаких не было. Только заглянув в свою комнату, он отправился делать самые необходимые покупки.
Вечером, вернувшись домой с двумя сумками самых необходимых для жизни вещей, Стинов связался с управляющим плантацией Эриксоном и договорился о встрече.
На следующее утро он спустился в лифте до сектора Мичурина и, выйдя из него, оказался в узком, огороженном полупрозрачным пластиком помещении. В точно такой же пластиковый пенал он попал после бегства из комендатуры. При воспоминании о прошлом визите в сельскохозяйственную зону Стинову сделалось несколько не по себе. Но все же он вполне уверенно шагнул к столу, за которым сидели двое охранников, и протянул им свое новенькое удостоверение.
Охранник проверил удостоверение и поднял взгляд на Стинова.
— Первый день? — спросил он.
Стинов радостно кивнул.
— Накиньте халат. У нас здесь очень строго следят за чистотой.
В шкафу возле лифта, на который указал информационник, висело десятка два новых голубых халатов. Внизу лежало несколько пар безразмерных полимерных чехлов для обуви. В кармане халата Стинов нашел шапочку с длинным козырьком и натянул ее на голову.
— Возьми, — информационник протянул Стинову солнцезащитные очки. — Освещение на плантации слишком яркое для глаз.
Через пару минут к двери дежурного помещения подкатил маленький открытый электромобиль. Корпус его был очень узким, с заостренным носом. Три сиденья располагались одно за другим.
Управлявший электромобилем человек вошел в дежурное помещение. Как и вахтеры, он был одет в голубые брюки и куртку с эмблемой отдела.
— Тебя, что ли, нужно доставить к Эриксону? — спросил он у Стинова.
— Его, — ответил за Игоря охранник.
Водитель кивнул Стинову и направился к электромобилю. Надев очки, Стинов последовал за ним.
Машина тронулась с места и поехала по узкой дорожке с синтетическим покрытием, тянущейся меж бесконечных грядок.
Стинову никогда прежде не доводилось видеть столь огромного открытого пространства. С непривычки у него даже начала кружиться голова. Он залез в карман, вытащил из упаковки пастилку эфимера и кинул ее в рот.
Головокружение исчезло, как только эфимер начал всасываться слизистой оболочкой рта. Напряжение, сковывающее Стинова, несколько ослабло. Пейзаж вокруг, сделавшись похожим на голографическую картинку, перестал казаться чужим и опасным. Стинов подумал, не взять ли еще одну пастилку, но вовремя остановил себя, решив, что для предстоящей беседы с управляющим ему нужна ясная голова.
На полях уже трудились люди. Одетые в поношенные голубые халаты, все они были высокого роста, крепкого телосложения и, что особенно удивило Стинова, все с лысыми, круглыми, как шары, головами. Всецело сосредоточившись на выполняемой работе, они даже искоса не глядели на проносившийся мимо электромобиль.
— Это клоны! — догадался Стинов.
