Я отполз, сняв по пути наручники, и заметил, что еще двое, в ожогах и в огне, ползли от вертолета. К счастью, обычные люди, псион, что меня брал, мертв – травма головы, не совместимая с жизнью. Этих двоих я убил, рывком за воротники телекинезом сломал шеи. В огне уже рвались патроны, визги рикошетов рядом звучали, недалеко от меня несколько пуль зарылись в землю, так что я стал активнее ползти дальше, опасаясь случайного попадания в пятую точку. Сил встать пока не было, да и нога одна перебита. Кость торчит. Хорошо, огонь погасил, хотя брюки дымились, материал тлел. Интересно, что это за территории? Непонятно, степи да зеленые холмы. Людей и строений не видно. А от пуль я все же не уберегся. Одна ударила в плечо, вызвав у меня ругань, не навылет прошла, так что, зажимая рану, полз дальше. Виденье показало впереди глубокую рытвину, метров двадцать ползти, хватит, чтобы мне укрыться. Вот так и добрался, скатившись на старую листву и траву, с облегчением вздохнул.
Вообще стоит убраться отсюда побыстрее, наверняка на дым кто наведется, но не в моем состоянии подобное. Хотя, кто бы не появился, это будет хорошо. Транспорт пригонит. Я на это надеюсь. Ну а пока использовал свой полный источник для диагностики и лечения, параллельно размышляя о тех прошедших двух с половинах месяцах. Прошли они на мой взгляд быстро и продуктивно. Да я весь в работе был, какое тут отвлекаться? Надо сказать, между спецоперацией на Донбассе России в прошлом мире и спецоперацией на Донбассе в этом мире есть две большие разницы. Поначалу, конечно, все шло схоже, до того момента, когда мое виляние пошло и изменения стали заметными. Командиров подразделений ко мне, конечно, не прислали, а вот их замов вполне. Первыми были трое, зам командира батальона «Сомали», зам командира бригады «Оплот» и зам командира бригады «Славянское». То есть офицеры взяты с разных участков фронта.
Прибыли те ко мне двадцать восьмого февраля. К тому моменту я свои коптеры модернизировал, три турецких беспилотника из пяти захваченных, еще два не трогал, их ВВС ДНР решили использовать, поставив чипы «свой-чужой». Турецкие аппараты в принципе подходили, но я захватил еще четыре производства других стран, один израильский. Их тоже модернизовал. Вообще эта работа не самая долгая и сложная, как раз тут Силовая Ковка у меня влет шла.
Вот так я за двое суток модернизировал два десятка дронов, три из них ретрансляторы и семь беспилотников с «подавителями». Нужны операторы, и они прибыли. Я успел сделать один комплект нейросети с имплантами. Нужные материалы нашли легко, это не сложно, вполне ходовые. Сделал, импланты подобрал на интеллект, дистанционное управление дронами и на память. Последний необходим, потому что все базы знаний я создавал и внедрял в память сети и импланта. Памяти сети на все бы не хватило. В принципе, потом другие базы можно на сеть закачивать, но оператору и эти лет пять учить. А закачать новые можно будет дистанционно, потому как входов для подключения на затылке и кистях рук я не делал.
Эту сеть получил зам командира бригады «Оплот», а пока я с остальными занимался, у того через сутки сеть запустилась… Все на русском языке, сутки еще прождал, сразу после активации сети учить базы знаний не рекомендовалось, да и сетью пользоваться тоже. Он изучил базу «Нейросеть. Настройки и управление», она безранговая, и теперь уже уверенно стал учиться дальше. За пять дней постоянной учебы поднял нужные базы оператора до второго ранга, дальше штаб устроил учения, и командир с помощью дронов и одного беспилотника, что за ним закрепили, атаковал окопавшийся батальон резервистов и отправил всех в сон, а рота бойцов, тоже резервистов, их упаковала. Учения прошли удачно, это было признано главнокомандующим ДНР, и командира направили обратно в бригаду. Нужно ли говорить, что ее продвижение сразу ускорилось и поток пленных и захваченной техники с той стороны, увеличился в разы.
Остальные тоже уезжали в свои части и тоже показывали высокие результаты. Кстати, у всех дронов и беспилотников я ставил пароли на вход и прописывал их операторов в памяти, другие работать с чужими дронами не могли. А уж кто левый перехватить управление – тем более.
За эти два с половиной месяца я подготовил тридцать восемь операторов, из которых двадцать один из ДНР, восемь из ЛНР, остальные из России. Там наконец обо мне узнали, я даже с президентом РФ пообщался. Тот Донецк для этого посетил, но я от сотрудничества категорически отказался, все через правительство ДНР. Впрочем, помогать, обучая специалистов, я был не против. Каждому оператору, как и говорил, один-два беспилотника, пять-шесть дронов, и те работали. Так работали, что ДНР самостоятельно взяли Запорожскую и Днепропетровскую области, освободив и свои территории, а еще совместно с Россией Херсонскую, Николаевскую, Одесскую и Кировградскую области.
