На данный момент уровень моего Дара составлял «Е-8». Да, я с такой активной работой с пси, вернулся к тому с чего начинал. А «Е-8» – это не «Е-4», как было недавно. То есть запаса сил на лечение прибавилось, и я успевал восстановить куда больше, чем мог раньше. Три медитации, и я полностью восстановил плечо, даже шрама не осталось. Достав тушку зайца, я вгрызся в сочное, хорошо прожаренное мясо. Главное не сырое, есть можно. Половину тушки заглотил, а остальное убрал под стазис. Ну и пополнил баланс воды в организме из полторашки. Теперь ожогами занялся: тут чуть сложнее, четыре медитации, и кожа чистая, как попка младенца. Остались травмы от падения, синяки и рваная рана на ноге, что я чуть приживил, но пока возвращался к схрону, та начала снова кровить. Как раз рана на ноге меня беспокоила меньше всего, две медитации и неплохо приживил рану. Еще две и долечусь, но пора отдохнуть, я устал. Так что доел остатки тушки зайца, воды попил и спать. Снаружи было три часа дня десятого мая.
Пробудил меня шум и хрустнувшая крышка схрона. Мигом проснувшись, сел, глянул Виденьем и только скривился. Вот почему сейчас, почему не позже крышка не выдержала веса тяжелого колеса грузовика? Догадайтесь, что за машина передним колесом провалилась в мой схрон? Да, мой ЗиЛ, который я оставил в лесу, аж в восемнадцати километрах от этих мест. Шел тот своим ходом. Как раз водила пытался выехать назад, и колеса заскользили, раскидывая дерн. В кабине сидел солдат ВСУ, пацан, на вид вчерашний школьник. Рядом офицер, вот он мне не понравился, явно из нацбата. Нашивки «Азова» со свастикой – редкий зверь, полк перерастал существовать, но такие одиночки еще водились. В кунге никого не было, также на дальности Виденья была еще одна машина, такой же ЗиЛ-131, но бортовой, с десятком солдат в кузове.
Рывком грузовику удалось выехать, и, объехав яму, они двинули дальше, похоже так и не поняв, куда провалилось колесо. Ругнувшись на разных недотеп, я задумался, параллельно восстанавливая люк телекинезом. А чего это они по моим следам возвращались? Я пока до леса доехал, пересек пару полевых дорог. Значит, именно по моим следам идут, хотят знать, куда и откуда я ехал? Может быть. Если западные спецы поняли, что я выжил и нахожусь где-то здесь, они в этот район могут нагнать все, что под рукой имеется, включая гражданских, лишь бы найти меня.
И наручники я бросил у ямы, где лежал. Бли-и-ин… Хотя после падения я вообще на грани сознания плавал, куда мне там осмысленные действия совершать. Выжил, уже в радость.
Восстановил люк, вправив то, что вниз вдавили, теперь сверху вроде особо следов нет, кроме пробуксовки грузовика. Попил воды и снова спать.
В этот раз никто не будил, сам проснулся. Поел мясо тушки глухаря, паек – резерв, с собой возьму в дорогу, и продолжил лечение раны на ноге. Не две, три медитации потребовалось, но вылечил, и тут шрама не осталось. Теперь мелкими травмами и синяками занялся. Первым делом щека, с правой стороны рваная рана. Меня она не беспокоила, оттого оставил напоследок. Таких ран на теле шесть, но они действительно мелкие и не опасные, так что убрал в конец списка, пока вот не дошло и до них. Медитировал и лечил. Так как проснулся я под утро, за три часа до наступления рассвета, закончил с ранами ближе к вечеру одиннадцатого мая. А закончил со своим телом, к идеалу приведя, в час ночи уже двенадцатого мая.
Причем не стоит думать, что я только лечением и питанием занимался, ничуть, я довольно часто с девчатами общался через их неройсети. Те меня видели, я планшет поставил на стол в режиме видеосвязи. Переживали, что травмы есть, вот я и лечился. Узнал, как у них дела. А что у них… Привезли с праздника в плохом настроении. Сейчас продолжают жить и работать. Особо с ними органы не общались, так, подписку взяли, чтобы не сообщали, что видели у меня на квартире и что слышали, подтвердив, что теперь они секретоносители высшей категории. Правда, охраны к ним не приставили, да и слежки вроде тоже, те не заметили ее. Меня ждут.
Вообще-то это настораживает, упускать девчат из виду не должны, да и пообщаться предметно тоже обязаны были. А молодцы, спецслужбы ДНР ранее в мою личную жизнь не лезли и сейчас не лезут, ведь наверняка надеются, что я вернусь. А вот я как раз в этом не уверен, даже скорее наоборот. Возвращаться я не хочу. Было время между медитациями и лечением, между общением с девчатами, смог получить некоторые сведения. Да, нашлась лазейка, и я смог забраться в комп замначальника контрразведки, что и курировал как раз направление по нам, по псионам. Комп к интернету или локальной сети не подключен, тут знают, что такое сетевая безопасность, но рядом его телефон лежал на столе, вот я через него дистанционно и вскрыл защиту компа и нашел нужную информацию.
