Не по принуждению, не потому что лишь эхом отозвался на мои глубокие слова – я видела в его глазах любовь. Практически до утра чувствовала обжигающую нежность от прикосновений Роберта на своей коже, словно он касался не просто тела, а проникал языками любовного пламени в мою душу, убеждая меня в искренности того, что говорит.
Я в нём. Окончательно и бесповоротно. Закрыла глаза и нырнула в эту пугающую глубину под названием любовь – теперь только вместе, только вдвоём, без страха, без оглядки на всех и на всё.
Смотрю на мужа, который уверенно ведёт автомобиль на широкой дороге, крепко сжимая руль. Немного напряжён в предвкушении разговора с отцом, слегка зол из-за событий, произошедших вчера в нашей квартире.
Откровенно любуюсь моим мужчиной, не пропуская ни малейшей детали, улавливая каждую эмоцию, каждый взгляд, брошенный в мою сторону. Идеальный во всём. Идеальный для меня.
Замечает мой пристальный взгляд на себе, смотрит в глаза чуть улыбаясь уголками рта, а в глазах пляшут бесята, напоминая мне в ярких красках о прошедшей ночи, всё ещё отголосками гуляющей по телу. Мы понимаем друг друга без слов, он словно говорит мне: «Вернёмся домой и продолжим тонуть в друг друге», а я безоговорочно согласна на всё.
Въезжаем на территорию поместья. Перед крыльцом стоит грузовая машина и молодые парни в форме выносят вещи, упаковывая и загружая в автомобиль.
– Кто-то переезжает? – непонимающе спрашиваю у Роберта.
Странно Эдуард Константинович живёт вдвоём с Эльвирой, ну и Алекс, хотя, насколько я поняла, он сейчас постоянно находится в городе, редко наведываясь к родителям. Его лицезреть мне совершенно не хочется в свете вчерашних событий, а Машу – тем более. Я пока не поняла, как теперь к ней отношусь и кем считаю для себя.
Сегодня свёкр нас не встречает, в широком светлом холле снуют слуги с чемоданами, выставляя вещи к порогу, что загрузка шла быстрее. Предполагаю, что чемоданы с женскими вещами, тут и там коробки со шляпами, и много одежды, упакованной просто в одёжные специальные чехлы.
– Вы уже приехали? – Эдуард Константинович выходит из большой гостиной.
Сегодня он другой: напряжён, сосредоточен и слегка взвинчен. Руки глубоко в карманах брюк, уверенная поза и острые черты лица. Но при виде Елизаветы Андреевны он сразу расслабляется, и его словно отпускает, улыбка тут же озаряет его лицо.
– Лизавета, – берёт руку женщины в свою и целует тыльную сторону, смотрит на неё в упор.
Немая сцена. Два человека замирают на секунду, как будто общаясь взглядами – слова не нужны, они слишком хорошо знают друг друга.
Мы с Робертом смотрим друга на друга, пока не совсем понимая, что происходит, кто уезжает и вообще зачем мы здесь все.
– Рассаживайтесь, – Эдуард Константинович жестом приглашает нас в гостиную. – Сейчас начнём.
Роберт садится на диван, утягивая меня за собой, не даёт отстраниться ни на секунду. Свёкр в напряжённой позе возле камина, потирает подборок, усиленно что-то обдумывая. Странная картина.
Словно мы действующие персонажи в детективе Агаты Кристи, и сейчас, в завершении расследования главный детектив собрал нас вместе, чтобы наконец-то пролить свет на то, кто же на самом деле убийца. Загадочный клубок событий вот-вот должен быть распутан опытным сыщиком, а мы – изумлённая публика – зрители, для которых приготовлено невероятное представление. Насколько я понимаю, в роли «детектива» сегодня Эдуард Константинович. Тогда кто же «убийца»?
– Отец, что происходит? – не выдерживает напряжённого молчания Роберт. – Кто уезжает?
– Эльвира.
– Отдыхать? Слишком много вещей для обычного отдыха.
– Нет, сын, Эльвира уезжает не отдыхать. Она уезжает насовсем, подальше от меня и этого дома. Подальше от всех нас. Желательно настолько, чтобы я больше никогда её не увидел.
Повисло молчание. Неожиданное заявление отца Роберта, казалось, его самого очень удивило. Да и я не совсем понимала, что происходит: тридцать лет брака и общий сын, и вот, Эльвиру выгоняют со всеми вещами. Медленно перевела взгляд на Елизавету Андреевну, которая совершенно спокойно сидела в кресле напротив, расслабленно закинув ногу на ногу.
Вот её-то сообщение Эдуарда Константиновича совершенно не удивило. Она знает. Знала ещё до нашего приезда сюда. Предполагаю, что она здесь специально для поддержки бывшего мужа и является непосредственным участником происходящих здесь и сейчас событий.
– Оу, все родственнички уже припёрлись! – в дверях, как чёрт из табакерки, возникла взъерошенная Эльвира. – И ты здесь??? – она ткнула пальцем в мать Роберта. – Чёрт возьми, Эдуард, ты объяснишь мне, что происходит?!
– Минуту, Эльвира, мы ждём лишь
Лицо Эльвиры неприятно дёрнулось, мне показалось, она поняла, почему муж сказал именно так и в подобном тоне. Женщина замолчала, плотно сомкнув губы и лишь тяжело дыша носом.
– А вот и я! Кто, куда едет? Вы что переезжаете? Почему мне никто ничего не сказал? – задавая вопрос за вопросом, в гостиную влетел Алекс: бодрый, свежий и очень весёлый.
