- Как ты, черт побери, смеешь так поступать со мной, Стивен Мейсен! Ты эгоистичный, эгоцентричный, твердолобый, непробиваемый заносчивый урод, который пытается замуроваться в своем панцире от всего мира. Мы все пляшем вокруг Вашего величества как заводные шуты, а ты и пальцем пошевелить не хочешь, чтобы помочь самому себе. Пойми, этот мир от тебя не отвернулся, мы делаем все, чтобы помочь тебе и донести это до твоего закостеневшего сознания, но ты же считаешь себя слишком великим, чтобы снизойти до нас и принять помощь от людей, которые все еще тебя любят. Я тут лишь ради тебя, и того, что между нами было когда-то. Ты уничтожил мой мир одним лишь своим существованием и появлением в моей жизни. Я не смогу больше никогда лечь в постель с кем-то другим, как бы он ни походил на тебя, потому что это не ты! Я завишу от тебя как от наркотика. Все эти люди вокруг собрались тут лишь из-за тебя, никто и не помышляет о сексе со мной. Можешь оскорблять меня, сколько хочешь, но последние твои слова касаются не только меня. Неужели ты действительно веришь, что твой лучший друг или тем более родной сын способен на такое?! Если ты не доверяешь мне, зная меня лишь год, то это не проблема. Но не смей так оскорблять людей, которые всю свою жизнь были преданы тебе, хоть ты этого ни капли не заслуживаешь и никогда не заслуживал.
Мой гнев и страх за все последние недели выплеснулся из меня. Я стояла там, сжав кулаки, мне хотелось ударить Стива еще и еще и еще раз. Стоящий рядом Кристиан потерял дар речи. Впервые за время нашего знакомства он посмотрел на меня без ненависти, скорее даже с интересом и любопытством. В этот момент он, наконец, взглянул на меня как на человека, как на личность. И эта личность его заинтересовала.
Мне снова захотелось получить машину времени, вернуться в прошлое и сделать все, чтобы мы не встретились со Стивом, отказаться от него еще тогда после дня рождения Люка. А еще лучше вообще никогда не слушать Дженну и не приезжать сюда, никогда не иметь ничего общего с этими людьми. Я готова была даже отказаться от Дженны, моей любимой и родной Дженны, лишь бы никогда в жизни не чувствовать того, что я чувствую к нему, чтобы никогда не любить этого человека так сильно, чтобы я никогда не узнала, что идеальный мужчина существует, чтобы мои мечты никто не топтал теперь, чтобы мою преданность не швыряли в грязь и не унижали меня за мою покорность и заботу. Я готова была даже вернуть время вспять и простить Дену измену и выйти за него замуж, лишь бы оказаться подальше отсюда! Он стал моим наркотиком, который уже давно причиняет больше боли, чем доставляет удовольствия, но зависимость была слишком сильна, чтобы отказаться от него самостоятельно. Я люблю тебя, Стивен Мейсен. Я ненавижу тебя, Стивен Мейсен. Ненавижу больше всего на свете!
Из моих глаз хлынули слезы, я резко развернулась, пробежала к столику у двери, схватила ключи от машины, забежала в гараж и нажала на брелок. Мерседес радостно моргнул мне фарами. Черт, не то. Но возвращаться в дом мне не хотелось, я ненавидела все, что находилось сейчас там внутри. Я забралась на водительское сидение, быстро настроила зеркала и кресло и выехала из гаража. Мне было плевать, нарушаю ли я правила дорожного движения, скоростной режим или человеческие законы. Мне нужно было сбежать отсюда, как можно скорее и как можно дальше. Мне повезло, что в машине был полный бак, так как ни документов, ни денег я с собой не взяла.
Я не знала уже, где я и сколько катаюсь, я съехала на проселочную гравийную дорогу и поехала наугад. Посадка у Мерседеса была высокая, никакие ямы и коряги не были страшны. Я уткнулась в какое-то поле. Кругом не было никого и ничего, просто огромное поле с проезженной колеей, поросшей сорняками. Я остановила машину и вышла, осмотрелась по сторонам. Солнце нещадно палило, а ветер трепал высокую траву и раздражал меня. Я забралась назад, откинула спинку сидения и попыталась расслабиться и обдумать все. И тут я поняла, что в салоне пахнет Стивеном. Вся обивка впитала его аромат, такой знакомы и дорогой мне, по которому я так скучала все эти дни. Я жадно вдыхала его, я хотела слиться и раствориться в нем. В моих воспоминаниях опять всплыли такие жаркие картины наших страстных объятий и ночей, проведенных с ним в одной постели. Я готова была многое отдать, чтобы вернуться хоть в один из этих моментов и остаться в нем навсегда. Вот он поднимает меня над мостовой после дня рождения Люка, стягивает с меня платье, вот он связывает мои руки галстуком и практически насилует меня, доставляя при этом невероятное наслаждение. Мое возбуждение росло лишь от одного запаха его парфюма и воспоминаний о нем.
