Вот и настал ноябрь. А с ним пришла настоящая осенняя погода и дожди. Хмурое тяжелое небо нависало над миром, придавливая нас к земле своим весом. Меня одолевала лень. По утрам не хотелось вылезать из кровати, не хотелось тащиться под дождь и выгуливать собаку. Мне вообще ничего не хотелось. Я никогда не думала, что на меня может так подействовать погода. Но нужно было вставать и ехать в больницу. У Стивена все еще продолжалась терапия, а меня ждали дети и их семьи. До отъезда на съемки оставалась неделя, нужно было подготовить все и привести дела в порядок.
Я выбралась из постели и побрела в душ. Вода взбодрила меня и настроила на рабочий лад. Тренировки по утрам у нас уже давно отменились из-за дождей, теперь мы ближе к вечеру выбирались в городской тренажерный зал. Там я наблюдала за Стивеном со все нарастающим восхищением. Его тело было идеально, многие здоровые мужчины и парни с завистью оглядывались и пытались рассмотреть его мышцы. Вот только для него это было не удовольствие, а необходимость, чтобы вернуть себе свою независимость и уверенность в себе. Теперь же он мог полагаться лишь на силу своих рук.
Что касалось рекламного проекта, то мы договорились, что все разговоры о нем мы будем вести лишь за закрытыми дверями кабинета, в рабочей обстановке. Остальное пространство принадлежало только нам двоим. Я пыталась научиться не смешивать личное и работу, но это давалось мне так тяжело. Мы были полностью готовы к съемкам и реализации наших идей. Да, в итоге это были наши общие идеи, потому что мне все-таки удалось отстоять свои предложения и правки. Я смогла донести их до Стивена и обосновать их целесообразность. Мы все меньше спорили, а рассуждали здраво как взрослые и адекватные профессионалы своего дела. Можно было с уверенностью сказать, что мы сработались.
Сегодня у меня почти не было собеседований. Я решила спуститься в отделение реабилитации и посмотреть, как там дети. Мы так сдружились с ними, полюбили друг друга, стали почти как одна большая семья. Я видела, как они делали первые успехи: кто-то пытался делать первые шаги на новом протезе, кто-то хвастался мне своими достижениями в складывании паззлов, которые раньше казались слишком мелкими и неудобными для плохо слушающихся пальцев рук. Я все также со слезами на глазах наблюдала за ними и радовалась вместе с ними их победам над собой и своим телом.
- Мегги, смотри! - услышала я радостный голосок Китти, малышки семи лет с огромными зелеными глазами, которые открыто и с гордостью смотрели на меня. Она оттолкнулась от своего инвалидного кресла и, слегка покачиваясь, встала в полный рост. Я стояла недалеко от нее на коленях, наши головы были почти на одном уровне. Она сделала неуверенный шажок мне навстречу, потом еще один, потеряла равновесие и упала ко мне в объятия. Мы весело засмеялись. Это было настоящим достижением для нее, я так гордилась и восхищалась ее силой и мужеством. Я обнимала, целовала и щекотала ее. Она хохотала и цеплялась за меня. Вот оно, мое большое счастье. Я радовалась вместе с ней, но по щекам моим текли слезы.
- Почему ты плачешь, Мегги? - удивленно спросила Китти.
- Это слезы радости, моя хорошая, - я поцеловала ее щечку и прижала ее к себе. - Я люблю тебя, Китти. Я всех вас очень люблю и буду скучать по вам, пока меня не будет.
Я попрощалась с ребятами и направилась к кабинету терапии Стивена. Я подошла к окну, но оно было задернуло. Впервые такое происходило на моей памяти. Я удивилась и что-то у меня внутри перевернулось. Я испугалась непонятно чего, поэтому без стука просто открыла дверь и вошла. В глаза мне сразу бросилась та самая медсестра, которая когда-то пристально изучала и оценивала меня. Но сейчас она сидела на коленях у Стивена и обнимала его! Волна чувств, что накрыла меня в тот момент, не поддавалась никакому объяснению и осознанию. Сегодня на ней не было того бесформенного балахона, скрывавшего ее прелести. Наоборот, ее одежда подчеркивала все изгибы соблазнительного тела. Я была в шоке, я физически ощущала боль, меня будто копьем в живот пронзили. Желудок скрутило, а сердце будто вырвали из груди, и я видела, как оно пульсирует перед моими глазами. Взглянуть в лицо Стивена у меня не хватило сил. Я резко развернулась и пошла прочь, как можно дальше отсюда.
- Меган! - из палаты я услышала его голос, но не остановилась, а прибавила шагу.
Я не хотела видеть и слышать его. По моим щекам поползли слезы, глаза застилала красная пелена, а сердце так и пульсировало на ладони монстра, который вырвал его из моего тела, а теперь потешался надо мной, хохоча прямо мне в ухо. А чего я хотела? Кристиан предупреждал меня, а я как дурочка верила в сказки. Я же сама боролась за его независимость, веру в себя. Вот, пожалуйста, получи и радуйся жизни.
