– Господин Разуто, расскажите о вашей встрече с господином Прогаличем.
– Встретились в клубе, несколько минут поболтали. Затем… затем я ушёл.
– О чём вы беседовали?
– Послушайте.
Разуто взял паузу. Посетители слушали.
– Какого чёрта происходит? – продолжил Карл, посчитав, что пауза достаточна и посетители внимательны. – Вам что-то сообщили, и вы целым отделением являетесь ко мне ни свет ни заря узнать содержание беседы? Он не сообщал мне, что собирается исчезнуть.
Молодой Бланик посмотрел на пожилого Кворча. Тот еле заметно покачал головой.
– Господин Разуто, в настоящий момент мы не можем вам сообщить ничего дополнительного. Я прошу вас уточнить, во сколько точно состоялась ваша беседа и когда и где вы видели господина Прогалича в последний раз.
Карл честно постарался вспомнить временной промежуток беседы, ведь ответ «между третьим и четвертым коктейлем» собеседников вряд ли бы устроил. Приблизительно ему это удалось.
Молодой инспектор въедливо уточнил ещё несколько деталей и свернул опрос, произнеся все необходимые мантры. После этого Бланик встал и направился к выходу. Кворч остался сидеть.
– Вы насчет кофе не передумали? Я бы выпил чашечку.
– Не передумал, – пожал плечами Разуто, отправляя команду на кофеварку.
Закрыв за Блаником дверь, Карл принес две чашки кофе и плеснул в свою добрую порцию мускатного ликёра.
– Будете? – кивнул он на бутылку.
– Не откажусь, – потянулся к бутылке Кворч. – Утро очень промозглое.
– И до ужаса раннее, – пробурчал Разуто и сделал глоток. «Кофе» удался на славу.
– Так что вы хотели узнать в неформальной обстановке, инспектор?
– Меня зовут Мирор.
– То есть ещё недостаточно неформально? Хорошо, – Разуто показал на себя чашкой, – Карл.
– Вы шеф-редактор местного «Фёрст Паблик»?
– Не по субботам. А так да, случается.
– Я слышал, наше начальство добивается включения в губернский сериал, который снимает студия «Иллюзион-тракт». Это, конечно, не «Фёрст Паблик», но для городского управления уже достижение.
– Поздравляю.
Редактор вспомнил ролик с неудачным прыжком, но решил не комментировать попытки местной полиции попасть в губернский сериал. Он не любил попусту демонстрировать свою осведомлённость официальным лицам.
– Если постараться, то и из патрулирования может получиться отличный триллер.
– Вы правы, с фактурой у нас было так себе, – улыбнулся Кворч. – До последнего времени.
– И что же у нас в последнее время стало достойно экранизации?
– Да вот хотя бы вызов тридцать семь тринадцать. Непонятное исчезновение в единственном клубе, где отсутствует видеонаблюдение. Я, кстати, так и не понял, почему его там нет.
– «Территория индивидуальности», – усмехнулся Карл.
– То есть? Это же снижает безопасность.
– Смотря что под нею понимать. Владелец играет в консерватора и обеспечивает приватность перекошенным коктейлями лицам посетителей. Снимать на коммуникаторы, кстати, тоже нельзя. Но, введя такое сложное правило, он взял в охранники Буцефала и лезет на стену от количества контента с тегом «закрытый глянец».
– Есть отчего расстраиваться?
– Нудятина. Но люди реагируют на «закрытый» и всё пытаются там хоть что-нибудь рассмотреть.
– Да, клуб очень популярный. И очень дорогой, – с сожалением вздохнул инспектор.
– Плата за риск, наверное.
– Может быть, – кивнул Мирор. – Но исходя из ситуации мы вынуждены опрашивать всех свидетелей и проводить целый комплекс специальных мероприятий.
– Мирор, у меня тоже нет видеонаблюдения. Вернёмся к сигналу. Чем он вас так возбудил?
Кворч внимательно посмотрел на Разуто, кивнул и налил себе ещё ликера.
– Он очень похож на предыдущие, и сейчас мы просто пытаемся работать на опережение. Подобные случаи на этой неделе уже заканчивались печально.
– Вы о чём? Что произошло?
– Я не могу точно объяснить. Это напоминает внезапное безумие, Карл, другие определения пока не приходят в голову. Но это уже три случая в области и один здесь, в северном районе.
– И в чём оно проявляется, это безумие?
– Симптомы пока точно не установлены. Очевидцы сообщают о странном поведении, нелогичной реакции на простые ситуации, неадекватности. То есть чётких симптомов нет. Привлечены специалисты-медики, но у них недостаточное количество информации. А в результате в области четыре трупа, а у нас двое пропавших.
– Стоп, стоп, а почему этого не было в новостях? У нас здесь, извините, не мегаполис, чтобы это прошло незамеченным.
– Всё проходит в рамках бытовых происшествий, мало похожих друг на друга. К тому же мы очень стараемся не афишировать происходящее.
– И для этого заключаете контракт с «Иллюзион-трактом»?
– Парадокс, – улыбнулся Мирор. – Я тоже слабо представляю, как это можно совмещать. Надеюсь, начальство и «Иллюзион» в курсе. Но это проблема завтрашнего дня. А сейчас нам необходима помощь со стороны медиакорпораций. И официально это очень длинный путь.
– Ну допустим… – кивнул Разуто и плеснул в чашку ещё ликера. – И для этого вы организовали этот кофе-брейк? В шесть утра субботы?
– Не только. Нам ещё очень важна любая информация по Прогаличу.
– Его действительно связали?
