Его согласия мне было достаточно в этот момент, тем более что его глаза сказали мне гораздо больше. Я не хотела больше слов, не сейчас, притянув его к себе, поцеловала крепко, отчаянно. Бэн углубил поцелуй и приподнял меня таким образом, что я была вынуждена обвиться ногами вокруг его торса. Не разрывая поцелуя и поддерживая меня, поднёс к широким перилам балкона и посадил меня на них. Мне понадобилась вся моя воля, чтобы разорвать поцелуй. Мы глубоко дышали, буквально задыхались друг другом, но мне очень хотелось сказать:
— Это очень плохо, когда приглашаешь на свой день рождения девушку и не говоришь ей об этом событии. Мог бы получить дополнительный подарок.
Бэн залился смехом и прикоснулся к моему лбу своим, не выпуская меня из объятий
— Нила, тот подарок, который я хотел получить — получил, ещё тогда на мосту, когда ты не стала возражать провести этот вечер со мной. А не стал говорить, потому что не хотел, чтобы ты нервничала или суетилась и особенно из-за подарка. — он осмотрел меня с высоты своего роста — А когда несколько минут назад ты меня поцеловала, в тот момент я получил больше… несказанно больше. Ах да. Друзьям я сказал, что приду с тобой.
— И кем же они меня считают? — этот вопрос буквально слетел с моих губ. Хоть он был непреднамеренным, но я захотела услышать ответ.
Он приблизился к моим губам и ответил:
— Девушкой, которая мне безумно нравится, с которой мне весело и тепло, взгляд которой, порой, сводит меня с ума. И если она согласится быть моей, то я отдам всего себя ей.
Какое-то необъяснимое, непередаваемое чувство вынудило слёзы подкатить к моим глазам. Ощущение счастья застало меня врасплох, возможно это из-за синхронности наших чувств по отношению к друг другу. Но, как у меня часто бывает, в самый неподходящий момент, глупое подсознание подкинуло мне воспоминание, которое я уже несколько недель пытаюсь стереть из памяти. Мне снова пришлось, закрыв глаза, задвинуть его в самые дальние уголки моего сознания. Похоже мои мысленные ящики уже не срабатывают, нужно придумать что-то новенькое, какую-то ловушку, иначе отвлекаться от реальности будет сложнее, а мне это нужно. Девочкам удаётся забыться, а мне остаются только психологические ловушки. Мысленно повторяя «только не сейчас», я старалась сконцентрировать своё внимание на Бэне. Если у меня получится сосредоточиться, то его присутствие поможет отогнать воспоминания. Я начинаю верить в это, ведь со времени нашего знакомства, он стал для меня своеобразным «щитом и мечом» означающим безопасность и силу. Возможно это плохо и глупо, что у меня не хватает сил справится с этим дерьмом самой. Но жизнь изменилась, заставляя меня меняться, подстраиваться как получается. Жаль нет инструкции, что-то наподобие «как избежать преследования наёмного убийцы, которого сама чуть не убила, если копы твоей страны тоже тебя ищут?»
— Что ж, теперь понятно, почему они так тепло меня приняли. — эта фраза помогла мне отвлечься. Как ни странно, но флирт спас положение, и я уцепилась за него, решив, что лёгкое, практически невесомое, придыхание добавит этим словам нужный эффект для «поднятия градуса» нашего «возгорания». И это сыграло важную роль, Бэн сжимал руки вместе с моим платьем, комкая его в своих кулаках.
— Нила, ты точно, определённо точно, испытываешь меня.
Мы снова улыбались. Для нас это уже становится нормой — постоянно улыбаться друг другу.
— Вернёмся? Не хорошо пропускать веселье в собственный день рождения.
— Ммм, я, пожалуй, откажусь, потому что мой день рождения отлично проходит здесь, на этом чёртовом балконе. И этим праздником я не хочу ни с кем делится. Только ты и я. А те цифры, что, наверное, уже догорают на торте, пусть им радуются мои друзья, там, внутри. Поверь мне, они найдут чем себя развлечь и без нас.
— И какие же там цифры догорают на торте?
— Тридцать девять. — он произнес это спокойно и просто, будто кто-то поинтересовался: «который час?»
— Уверена, они симпатично смотрятся на торте. Красивые цифры, мне нравится.
— А твои красивые цифры? Какие они?
— Тебя не напугать да?
— Перестань, мне интересно. Не бойся, если что я догадался, что ты младше меня.
Юмор — то, что нужно таким людям как я, особенно таким, как я. С Бэном я много смеюсь и мне это нравится. Нравятся наши, порой пропитанные моей наивностью, разговоры и не важен их характер, важнее что сами слова хотят быть сказанными именно этому человеку.
— Мои двадцать шесть сгорели в прошлом году, но через четыре месяца меня ждёт ещё один торт.
— Отлично, вот мы и узнали возраст друг друга. — взяв меня за подбородок, продолжил — Ты же не думала, что, как только ты произнесёшь это вслух, я вдруг отпущу тебя и в ужасе крича «о нет», убегу отсюда.
— Ха-ха-ха, ты конечно описал красочно, но саму картину сложно представить.
Всё это время, что мы провели на балконе, мой телефон буквально разрывался от звонков. Беда в том, что я поставила режим на вибровызов и не обращала на него никакого внимания, пока Бэн не сказал:
