Она лишь согласно кивнула головой, не стала возражать, прекрасно понимая, что мы в опасности, в очередной раз, только теперь по её вине. Всю ночь я не спала, пытаясь придумать как нам спастись. Только всё без толку. Не было идей. Больше не куда бежать, да и не хочу, устала быть всё время настороже, видимо просто пора смириться с тем, что не умею этого делать.
Бэн. Он не покидает мои мысли, даже сейчас, когда нужно было бы придумывать новый план. Хочется вернутся в Лондон, к нему. Нужно было рассказать всё и доверится своим первичным инстинктам, а не прислушиваться к голосу долга. Всё это из-за чувства вины перед девочками и семьёй. А если бы я сказала, он скорее всего помог, они ведь знакомы. А теперь, что теперь? Вряд ли Бэн простит меня, даже если вдруг я однажды смогу появится на улицах Лондона, он не захочет видеться со мной, после того, как таким позорным образом сбежала из города, от него. Что ж, ладно. Видимо нет другого пути, кроме как оставаться здесь и пустить всё на мнимый самотёк. Посмотрим, что из этого выйдет. Вернулась в дом я к утру. С моим приходом ребята уже закончили завтракать. Взгляд Наны был выжидающим, она была готова к любому решению. Видеть её угнетённой мне было невыносимо.
— Ты поговорила с Ра? — этот вопрос должен быть закрыт.
— Да.
— И какой была её реакция?
— А какую ты ждёшь? — она не в юморе, но вовремя остановилась и избавилась от этого мерзкого тона с нотками раздражения — Она конечно же была вне себя от гнева, но надеюсь она не вечно будет презирать меня за этот поступок. Впрочем, я надеюсь, и ты не будешь.
— Нужно время, но нет, не буду.
Облегчение читалось на её лице слишком явно и мне это дало ощущение того, что тема в конце концов закрыта.
— Нила, что ты решила?
— Всё просто. Мы остаёмся здесь, живём и ничего не предпринимаем.
— Как это? Я не понимаю.
— Вот так. У меня нет идей. Я не знаю, чего ожидать от Бэйли, поэтому, думаю, что самым верным будет решать проблемы по мере их поступления.
— Это странно.
— Знаю, а ещё знаю, что Бэйли придёт за мной. Его интерес возрастает, когда оно увидит моё лицо.
— Что это значит Нила?
Я молчала и этим запутала её. Она не понимала ход моих мыслей, но смирившись с моим молчанием, сказала:
— Значит мы временно прикрываем эту дверь и просто ждём следующего стука?
— Именно.
Похоже этот вариант устраивает нас обоих, но это только пока.
Дальнейший адаптационный период, к которому я относилась весьма скептически, проходил легче, чем ожидалось. Думаю, это из-за новообретённых знакомых, они замечательные, были рядом всё это время, поддерживали. Алекс так и не стал брать с нас денег за аренду комнат. Почему он так просто согласился на то, чтобы в его доме поселились две посторонние девушки, не понимаю, но отказываться от его доброжелательности глупо и не нужно. Мы с Нэн хорошо обосновались в двух спальнях на втором этаже, но моё внимание привлекла основная, на мой взгляд, прелесть второго этажа — это застеклённая терраса с выходом к морю, будто окно в рай. С домом она соединена бетонной стеной, а когда открываешь двери, первое с чем встречается взгляд — это Море. Это стало моим любимым местом во всей Испании. «Это даже смешно». Я стала часто засыпать на одном из кресел, расположенных на ней. Даже в своей комнате я не так часто появляюсь, как на этой террасе. Это похоже на чудо, но я снова начала рисовать, притащила туда бумбокс для вдохновения, а все эскизы оставляла там, на полу. Теперь все в доме знают, если музыка играет на террасе, я рисую. Мне нравится наносить карандашом на бумагу путь к террасе. От несущей стены в гостиной на первом этаже есть шикарная кованая лестница с замысловатыми узорами и ведёт она к большим двустворчатым дверям с такой же узорчатой ковкой, завораживает с первого дня, как только Алекс всё здесь показал.
"Особенная лестница для особенного места". — эта мысль посещает меня каждый раз, когда я поднимаюсь по ней, к своему «убежищу», прячась там от реальности, а точнее просто свыкаясь с ней, принимая её. Именно принятие помогло мне снова начать рисовать.
