–– А через несколько лет отца случайно встретил. – продолжил Валера. – С семьёй своей познакомил. Отец с первого же взгляда в Наталью Ивановну влюбился. Но понимал, что нельзя, что жена друга – это святое. Он признался ей только после его смерти. А она даже слушать его не стала, сказала: «Нет. Уходи, и больше никогда сюда не приходи». Я помню тот день. После её отказа он домой пришел пьяный вдребезги. Я его никогда таким не видел. Он же вообще не пьёт, а тут вдруг… Сколько уж лет прошло, а он любит её до сих пор.
–– Ну, ладно, мне пора, – сказала Света, – а то мама опять начнет спрашивать, где я была.
Валера сказал, что Наталья Ивановна прогнала его отца, но он не знал, что у этой истории было продолжение:
–– Кирилл, что ты здесь делаешь? Я же говорила тебе: «Не приходи больше!»
–– Наташа, я люблю тебя!
–– Уходи! Зачем ты пришел?
–– Я что, не могу просто увидеть тебя?
–– Зачем? Чтобы ещё раз услышать: «Нет»?
–– Наташа… – он взял её за руку.
–– Руки не распускай!
–– Хорошо, не буду, – и он убрал их за спину.
–– Вот так-то. Кирилл, уйди, не мешай. У меня дела.
–– Нет у тебя никаких дел! – заговорил он совершенно другим тоном, обнимая её.
–– Кирилл, я же просила! Руки убери!
–– Не уберу. Наташа, я столько лет молчал!
–– А теперь вдруг заговорил? Конечно, друг твой умер, и поэтому можно… Ты, наверно, только и ждал, что бы он…
–– Наташа, как ты можешь! Я жить без тебя не могу!
–– Кирилл, ну не люблю я тебя!
–– Толю ты тоже не любила. Я же всё видел.
–– Не смогла я его полюбить. Хотела, пыталась, но не смогла. А я ведь любила, и очень сильно. Но он бросил меня, бросил ради другой. И откуда только взялась эта Маша!
–– Извини, не знал.
–– Да ты-то что извиняешься. Ты же ни в чем не виноват. Уходи, Кирилл.
–– Не могу, – шептал он ей, вновь сжимая в объятиях. – Любимая.
В этот раз она ему уступила, но утром сказала:
–– Забудь. Между нами ничего не было. Не нужен мне никто. Если только Петя когда-нибудь вернется. И то вряд ли я его приму.
Кирилл пропустил имя её возлюбленного мимо ушей.
–– Ты что, всё еще любишь его?
–– Я его ненавижу! Они мне жизнь сломали, и он, и его Маша!
–– Ты её видела когда-нибудь?
–– Не видела и видеть не хочу! Ни его, ин её! Да лучше бы я вообще его не знала! А теперь уходи! Я тебя не люблю и не полюблю никогда.
–– Мне всё равно. Я всё равно не брошу тебя.
Он продолжал помогать ей и Свете. Это длилось до тех пор, пока однажды Света не прибежала к нему вся избитая.
–– Кто это тебя так?
–– Мама.
–– Наташа? Но за что?
–– Она постоянно меня бьёт. Чуть что не так… и начинает. То я что-то не то сказала, то что-то не то сделала. Даже задержаться на улице чуть подольше я не могу.
–– Я не знал, что она такая жестокая.
Он пришел к Наталье, и они поругались.
–– Ты ещё будешь мне указывать! Она не твоя дочь! А со своим ребёнком я как-нибудь сама разберусь! И жаловаться её отучу!
С тех пор они очень редко общались. Только Света часто сбегала от матери к ним домой. Кирилл уже начинало казаться, что это его дочь, и он, как мог, защищал её. Покрывал многие её шалости, а теперь не сказал Наталье, что Света встречается с Лёшей.
Прошло 2 недели. Света направлялась в магазин, но так до него и не дошла. Когда она выходила со двора, из-за поворота на бешеной скорости выскочил автомобиль. Отскочить она не успела.
Крики, визг мотора привлекли внимание прохожих и соседей. Сбежать автомобилисту они не дали.
–– Да это же Света! – крикнул кто-то.
Уже через минуту мать знала о случившемся.
–– Доченька моя, – склонилось она над ней, – что же ты так неаккуратно улицу переходишь? А вам! – закричала она на водителя. – Где у вас глаза были?! И почему вы ездите по городу с такой скоростью?!
–– Она и не переходила, – вспомнила соседка. – Это этот вот на тротуар выехал!
–– Да я его своими руками!
–– Наташа, не надо, – пытались удержать её соседи. – У кого есть телефон? «Скорую» надо вызвать… и милицию. Пусть она с ним разбирается.
В больнице Света пришла в себя.
–– А где я?
–– В реанимации, – ответил врач.
–– А что со мной было?
–– Вы угодили под колёса автомобиля.
–– Ничего не помню.
–– А как вас зовут, помните?
–– Света.
–– Вот и хорошо. Лежите! Вам нельзя вставать.
–– А ходить я смогу?
–– Сможете, но позже. Слава Богу, не один важный орган не задет, кроме…
–– Что случилось?!
–– Вы потеряли ребёнка.
–– Ребёнка? Какого ребёнка?
–– Вы были беременны.
–– Странно, но я ничего не знала.
–– Ничего странного. Срок-то маленький был, всего 2 недели.
–– Две недели, – она начала вспоминать, что было 2 недели назад. «Наша последняя ночь! Ох, Лёша, Лёша… нет, я не буду ему говорить».
–– Я должен рассказать об этом вашей матери.
–– Пожалуйста, только не маме!
–– Я должен ей рассказать.
–– Умоляю вас! Если она узнает, что я уже не девушка, она же меня со свету сживёт!
–– Ну, хорошо. В конце концов, это ваши дела.
Когда мама пришла к ней, она застала её плачущей.
–– Доченька, Ну, что ты так плачешь?
–– Не знаю.
–– Боишься, что я накажу тебя? Но ты же ни в чем не виновата.
Когда она уходила, Света опять начинала плакать.
В первый же день после выписки она пришла в мастерскую.
