Все последовали его примеру, еще даже не сообразив, почему и как. А когда ликующие взобрались в седла, брат Кадфаэль смиренно поведал гордым рыцарям, в качестве кого или чего использовали нас цветы.
Сэр Смит пришел в такую ярость, что хотел было вернуться и порубить их под корень, однако с севера наползает темная туча, в ее недрах посверкивает, все торопили животных, стараясь успеть если не до городка, то хотя бы до леса. Но когда добрались до леса, а туча все еще не догнала, мы сделали рывок в сторону ясно видимой городской стены. За спиной грохотало, вдогонку подул сильный ветер.
Мы неслись к быстро вырастающим воротам вскачь, там стражники все поняли, гоготали, махали руками и, похоже, делали на нас ставки. Мы влетели в распахнутые врата как раз, когда обрушился ливень, так что не знаю, кто из них выиграл. Сэр Смит с его чутьем сразу же выбрал верный путь, и вскоре мы соскакивали под проливным дождем во дворе небольшой гостиницы.
Уже из окна, сидя в зале и ожидая, пока принесут обед, я отметил, что городок мирный, чистенький, весь какой-то благополучный, и дома как дома, разве что все на чересчур высоких каменных фундаментах, а крыши, как у церквей, высокие, остроконечные, покрытые черепицей. Сэр Смит, отряхиваясь, как огромный пес, сообщил, что на таких крышах снег не задерживается, даже если совсем липкий, а фундаменты такие потому, что, когда вся масса снега начинает таять, здесь текут настоящие бурные реки, в которых появляются быстрые хищные ящерицы, что в минуту обглодают до костей любую корову, а от овцы или козы оставляют только черепа.
Эбергард отворил дверь и остановился, жадно вдыхая горячие густые ароматы жареного мяса. Все сразу ощутили, что голодные, как волки, а здесь так призывно пахнет наваристой ухой, я повел носом, улавливая запахи похлебки из молодой баранины, на жаровне под взглядами гостей жарятся тонко распластанные ломти нежной оленины, на кухне шипит, трещит, оттуда вырываются клубы пара и вместе с тем сногсшибающие ароматы.
К нам заспешил трактирщик, выслушал, и сразу же по взмаху его руки к нам на стол начали таскать жареную и запеченную птицу, чуть позже принесли сыр, рыбу, свежий хлеб.
Сэр Эбергард и Мемель сразу же завели с трактирщиком разговор о дорогах на ту сторону хребта, на столе появилась карта, трактирщик охотно принялся водить пальцем.
– Тут уже близко, если идти через долину Красных Демонов. Или придется возвращаться на пару сот миль, чтобы обойти все Заклятое Урочище… А отсюда миновать долину невозможно… это одна из причин, почему император так и не двинул на завоевание этих земель огромные войска… Проскочить долину можно только в определенное время суток. Время всегда меняется, точно могут сказать только прорицатели…
Мы все жадно хватали мясо, пожирали, как огонь уничтожает солому, только Эбергард и Кадфаэль крепились, монах читал благодарственную молитву, а Эбергард спросил быстро:
– А где искать этих прорицателей?
Трактирщик засмеялся.
– Их искать не надо, сами вас найдут. Их там на краю долины – десятки. За пару монет все расскажут, а за три – сами с вами пройдут, чтоб не беспокоились.
– А что в долине? – спросил я.
– Красные Демоны, – ответил трактирщик. Лицо его помрачнело. – Немало моих клиентов и даже добрых друзей попало им в лапы. Кто-то со временем не рассчитал, у кого-то конь захромал…
Я спросил с недоверием:
– Даже силами могучего Юга их не одолеть?
Трактирщик прямо взглянул мне в лицо.
– Ваша светлость, – сказал он почтительно, – силы Юга велики, но не безмерны. Красных Демонов не одолеть никому. Говорят, это бессмертные древние боги, которых Господь оставил на земле в назидание нам… хотя я так и не понял, в чем назидание, а церковь что-то темнит и мямлит. С другой стороны, Юг знает, что Север тоже не в состоянии вторгнуться через этот каньон, так как тяжелые рыцарские кони не успеют миновать его за сутки, а это верная смерть.
– И что, никто не может пройти?
– Вы ведь на турнир в Каталаун приехали? У кого кони быстрые и выносливые, тот пройдет без помех. Но таких коней на армию не набрать.
Мы оставили на тарелках обглоданные косточки птиц, тяжелый круг сыра быстро распался на ломти, истончился и пропал в наших желудках, а мы перешли к пирогам и горячим травяным настойкам.
Эбергард и Мемель прикидывали, как именно проскочить эту проклятую долину, а Дилан и Кадфаэль заспорили о неведомых островах в океане, где все население из оживших мертвяков. Я не прислушивался, презираю этот бред про вампиров, зомби и прочую ерунду, но что-то царапнуло слух, начал прислушиваться.
К моему удивлению, в спор влез сэр Брайан. Они с леди Ингрид тем больше смелели и вживались в нашу жизнь, чем дальше отдалялись от страшных земель их кланов, где обоих считают отступниками и где им несдобровать.
– Это все бабьи страшилки, – доказывал Брайан. – Не такой там страшный мир, как может показаться. У нас дома была книга про их мир, я читал… в детстве. Те мертвецы ничем не отличаются от обычных людей. Только они думают иначе, у них другие боги, у них все другое…
