– Черт знает, что творится, ничего не понять!.. он же был на самом верху, на куче угля… мы с офицерами и машинистами все перерыли… но его нигде нет… даже уголь проверили… а поезд нужно отправлять!.. эскадрильи скоро опять вернутся… нам известно… и на сей раз с запасами бомб… представьте себе… и тоже с фосфором… с жидким…
– О, конечно, капитан! вы правы!
– Этот туннель просто затопят…
– Совершенно верно.
– Поезд нужно отправлять!
Да, кстати…
– Капитан, мамаши отказываются возвращаться в поезд… боятся!
– Тем лучше! тем лучше!
Все, что угодно, только не этот поезд!.. они хотят вернуться в Лейпциг… по путям… по насыпи… по гравию!..
– Тем лучше!.. тем лучше!
– В Лейпциге им давали молоко! они боятся ехать в этом поезде! боятся ехать в Ульм!..
– Конечно! конечно!.. как им угодно! ну а мы уезжаем! у нас только десять минут… взгляните-ка на свои часы…
Он светит мне… своим фонариком… я делаю вид… что что-то вижу…
– Да, да, капитан!..
На моих часах нет ни стекла, ни стрелок…
– На насыпях уже путевые рабочие… через двадцать минут эскадрильи пополнят запасы бомб… и опять взлетят… а может, и раньше!..
Похоже, этот капитан Гофман не ошибается и знает, что говорит… плевать ему на всех этих мамаш и семейства, пусть себе отправляются обратно в Лейпциг… в Красный Крест за сосисками и бульоном!.. через двадцать минут сюда хлынет настоящий поток фосфора…
Я спрашиваю у него, который час, ведь мои часы сломаны!
– Без пяти шесть!
– Вечера или утра?
– Вечера!.. скоро сами увидите! будет светло!.. они всегда начинают с этого… знаете? с фейерверков!..
Знаем ли мы!.. да мы уже насмотрелись на эти фейерверки!.. на Монмартре!.. у Рено!.. в Безоне!.. в Берлине!.. розовые… зеленые… голубые… фейерверки! конец света тоже начнется с этих фейерверков! я говорю ему: «вот и дождались праздничка!» он согласен…
– А какая иллюминация! что за букеты!..
Да, этот капитан Гофман не такой уж и зануда, как я погляжу… и совсем не злой… отнюдь… а я-то подумал… мы часто относимся к людям с предубеждением! а как же маршал? его маршал? Лубб?.. он о нем больше не вспоминает… и в самом деле! может, он сбежал со своего тендера? вернулся в Лейпциг?.. и он тоже? один или вместе с прибалтами?.. позже узнаем… скоро поезд отправляется, так что лучше нам занять свои места… и что, опять в том же маршальском вагоне? надо спросить у него… у этого капитана должны быть полномочия… я думаю о женщинах, которые так стремятся обратно в Лейпциг… я-то обратил внимание, как нас там встретили… выходить запрещено, verboten!.. представляю, какой их там ждет прием! ладно! раз им так хочется, то пусть попытаются! и у нас тоже есть еще один шанс!.. поезд больше не трясется, не сходит с рельсов, хватит с нас этой эксцентрики… по местам!.. если нас куда-нибудь выгонят, перейдем… наш капитан инженерных войск, кажется, все еще ищет маршала… опрашивает семьи, те, что не сумели пролезть под поездом… и перейти на другой путь в туннеле… никто ничего не видел, все-таки, не стоит забывать, что они все время лежали носом вниз!.. ах, вот же вывеска от вагона… O. K. W… нашлась-таки!.. украшенная орлом… может, капитан прятал ее у себя на груди?.. нет!.. ее нашли на рельсах какие-то люди… капитан прикрепляет ее обратно к вагону… и о чем-то их расспрашивает… те ему отвечают… но понять ничего невозможно… какое-то бормотание… кажется, по-русски… похоже… они по-прежнему лежат… капитан Гофман так и не нашел фон Лубба… но достаточно ли хорошо он искал?.. не уверен… то ли он все осматривает, то ли просто делает вид… а нас он не замечает… мы поднимаемся на одну ступеньку… на вторую… ну вот, мы уже и в коридоре… все купе усеяно осколками стекла… они гораздо более острые и опасные, чем булыжники… такое под силу только факирам!.. тем не менее, кое-как, похрустывая, я прохожу вперед!.. в салон маршала… он пуст… никого!.. ан нет! на середине дивана лежит закутанный младенец… младенцу не больше месяца… но он не кричит… какая-то мамаша положила его сюда… я подхожу… смотрю… младенец как младенец… и чувствует себя неплохо… не болен… крепкий малыш… и что же дальше? где капитан Гофман?.. я зову его… он сразу же подходит… он оказался тут, неподалеку…
– Посмотрите на него… у нас же нет ни молока… ни соски…
Пусть позаботится… я ставлю его в известность… ведь он же здесь командует?.. насколько я понимаю… никаких других командиров я здесь не вижу… но времени у нас в обрез… если мы берем этого малыша с собой, нам нужно молоко…
– Он сможет доехать до Фюрта?
– А сколько ехать до Фюрта?
– Шестьдесят километров… часа два… или полтора… он потерпит?
– Думаю, да… полтора часа…
И вдруг он нас освещает!.. направляет на нас свой фонарик… причем, довольно мощный фонарик… и внимательно на нас смотрит… я бы даже сказал, он нас рассматривает… впервые он нас по-настоящему увидел… и мы тоже! впервые рассматриваем его… до чего мы грязные, липкие от копоти, просто смешно!.. все четверо!.. но сейчас нам не до смеха… самолеты скоро вернутся, он же нам сказал, с новыми запасами, примерно через десять… двенадцать минут… я еще раз его переспрашиваю…
– Обязательно!..
