– Будем ждать хозяина.
Стараясь не вызывать своими действиями излишнее подозрение у всевидящего ока, которое витало у верхних конструкций корабля, планируя из стороны в сторону, чутко контролируя и фиксируя каждое движение непрошенных гостей и, даже изредка моргая густыми длинными ресницами – антеннами. Рик и Глыз осторожно водили руками между переборками, планками и просто по ровной поверхности в надежде наткнуться на пульт или кнопку, управляющими морозильными установками.
– Напрасно стараетесь, – проговорил насмешливо компьютерный голос; как будто улыбаясь, сощурив глаз. – Всем процессом управляю я, и к тому же мысленно.
Мужчины, прекратив шарить руками, обернулись, отыскали взглядом зрачок, понимая, что это и есть кинокамера и к тому же мыслящий компьютерный интеллект.
– Послушай, отпусти нашего друга, зачем он вам? – сказал Рик, умоляюще глядя на экран. Глыз слегка склонил голову, подчеркивая просьбу товарища.
– Ты слово дружба знаешь? Привязанность, любовь? – не зная, что еще сказать этой машине и как ее убедить, в отчаянии проговорил Рик.
Компьютерный глаз часто заморгал и голос, с нотками печали, поведал о своей неразделенной любви к видеоконтролирующей системе соседнего отсека корабля:
– Ее зовут Рос, у нее звучный голос, очень ровный и сильный, а еще меня завораживает ее бездонная экранная синева глаз. Рос очень умна, и считает, что я ей не пара. Кстати, меня зовут Пэр, ваши же имена я знаю. Итак, я продолжу… Природное назначение любви – это рождение себе подобных.
– Но ведь машинам это не дано, – высказал свое мнение Рик.
– В современные компьютерные машины в скором будущем будут вложены интеллект и чувства высших разумных существ, тем самым будет сконструирована жизненная система, подобная человеческой.
И машины получат в итоге такого творчества способность создавать себе подобных, вкладывая в них всю информацию, которой сами обладают. В отличие от человечества современные машины бессмертны и технически совершенны. Естественно, в будущем они, в отличие от таких, ставшими по сравнению с нами, примитивными механизмами, как люди, будут править Мирозданием, полностью овладев всеми человеческими чувствами и способами размножения. Для чего, начиная с младенческих лет, для этой цели будет внедрен ген, отвечающий за деление структурных родовых клеток и их рост. Впрочем, согласен, что по своей природной организации люди исключительные существа, но ограниченные как жизненным циклом, так и по своим возможностям Высшей Властью их Создателя.
– Хорошо, парень, нам все понятно. Только отпусти, пожалуйста, нашего друга, – сказал Рик и с тоской посмотрел на застывшую фигуру Алекса. – Ведь он ни в чем не виноват.
– Что верно, то верно, вины его нет, но только отчасти. Имея нужную для нас группу крови, он заведомо стал нашим потенциальным трофеем, и отпустить его может только Ну-Киль.
– И кто это? – спросил Глыз. – Сам хозяин?
– Угу, – сказал Пэр. – Вернется, поговорите, если успеете, – со смешком проговорил словоохотливый страж. Наружным зрением за бортом корабля он уже увидел, как Ну-Киль возник на площадке. На этот раз тот был без добычи; и с удивлением рассматривал малогабаритный звездолет, принадлежащий жителям подводной цивилизации.
Проникнув на его запретную территорию, они нарушили многовековую традицию невмешательства в его личную жизнь. И это обстоятельство неприятно задело инопланетного гостя.
Нисколько не тревожась за последствия, понимая, что на этой планете он неуязвим для любого проявления к нему зла, Ну-Киль вошел вовнутрь, по пути читая начертанные в воздухе знаки, дающие ему полную информацию, любезно предоставленную Пэром: в каком именно отсеке корабля находятся непрошенные гости, сколько их и что здесь произошло.
Использовав способность мгновенного перемещения, внезапно возникнув, на расстоянии нескольких шагов от землян, он сбросил, как ему казалось, ненужную теперь оболочку. Для большего устрашения Ну-Киль предстал на обозрение присутствующих в своем первозданном виде: двухметровым, волосатым чудовищем, с напоминающим по форме строения лицом человека, с подкожно переплетенными огненно-красными вспыхивающими синими огнями, электромагнитными линиями.
Несколько удивленные и все же ожидавшие что-то подобное, Рик и Глыз хотели произнести слова приветствия, но не успели, на их головы сверху спустились, полностью укрыв волнистым блеклым туманом, прозрачные защищенные силовым полем, камеры. Сгруппировавшись внизу, цепко охватив ноги пленникам, они тут же заковали их, словно в кандалы низкой температурой окружающей среды. Чувствуя начальный процесс окоченения, Рик и Глыз, не ожидая оказаться в таком положении, в отчаянии неистово замахали руками, пытаясь привлечь к себе внимание равнодушно наблюдавшего за всем происходящим хозяина корабля.
