– Да-а, – протянул Рик. – Нарвались мы с тобой, приятель. Куда тебя?
Парнишка молча глядел на землянина, не понимая ни слова. Саттор вздохнул и указал взглядом вперед. Одичалый забавно сморщил нос, раздумывая, после просиял и потыкал вправо.
– Понял, – усмехнулся майор, и «Тайга» тронулась с места.
Когда они отъехали от полянки, Рик бросил взгляд назад и увидел самку, смотревшую им вслед.
Дни катились один за другим, похожие, как близнецы. Утро, день, вечер, ночь. Подъем, построение, изматывающее бездействие, построение, отбой. А между ними ленивые разговоры со старпомом, бесцельное блуждание по гарнизону, периодические поездки на объект, где не происходило ничего нового. А еще бесконечная парилка и уже приевшийся вид джунглей.
– Это Демос, – философски изрек Макс Колаш, наблюдая за тем, как его приятель от нечего делать пинает камешек по пустому плацу. – Здесь только пылью покрываться.
С этим Саттор был не согласен, но продолжал страдать от вынужденного безделья. Он мог бы найти себе дело, если бы не палка с полковничьими погонами в колесе майорского энтузиазма и желания действовать. Хотя… Для действий не было повода. Рик так и не обнаружил следилку на территории объекта. Но он был по-прежнему уверен, что она там есть. Есть! Не может не быть.
Получив подробные данные, он просчитал цикличность прорывов, и по их чередованию понял, что «шпион» на объекте. Но сканирование территории не дало результатов. Ни разу не было выявлено даже намека на излучение постороннего объекта.
– Значит, следилки нет, – уверенно ответил на доклад Чоу. – Ты ошибся.
– Не факт, – отрицательно покачал головой майор. – Совсем не факт. Я знаю, что был прав, потому что это единственное логичное объяснение бессмысленных прорывов.
– Тогда почему нет результатов?
– Потому что следилка может быть дезактивирована, – с легким раздражением сказал Саттор. – Это предположение, но оно также наиболее логично, потому что сканер в полной исправности. Или, – майор бросил на полковника взгляд исподлобья, – или она в «улье». Но ее всё равно нужно было дезактивировать, чтобы пронести мимо датчиков.
– Да это же чертово болото! – воскликнул Чоу. – «Улей» напичкан техникой! Это не наши машины, прошедшие регистрацию и получившие свой код-номер.
– Угу, – промычал Саттор. – Там найти «шпиона» невозможно. В любом случае, «крыса» перед отправкой должна будет вынести следилку из «улья» и активировать. И вот тогда мы ее засечем. А дальше – как запланировали.
– Только так, – согласился с майором Бернард Чоу.
Рик поджал губы, некоторое время обдумывая, с чего лучше начать, но полковник, словно поняв, что хочет предложить Саттор, отрицательно покачал головой и ударил ладонью по столу:
– Нет!
– Всего лишь приблизиться, Берни! – воскликнул Рик, уже не зная, как пробить возведенный полковником бастион упрямства и осторожности. – Приблизиться, просканировать пространство, отправить «разведчика», выяснить точное количество боевой силы…
– Нет! – снова рявкнул Чоу. – Я провел воздушную разведку…
– И увидел то, что тебе готовы были показать…
– Я прислушался к тебе, и беспилотник облетел большой сектор, но там ничего нет, – отчеканил полковник. – Я не позволю рисковать собой и людьми. Я всё сказал.
– На хрен, – выругался Саттор и выдохнул: – Прошу простить меня, господин полковник, – Чоу отмахнулся и указал на дверь, давая понять, что разговор окончен.
И вот прошла еще одна неделя на Демосе – такая же нудная, как и предыдущие три. Ничего не изменилось за это время. Шпион Шакалов безмолвствовал, следилка нигде не засветилась, и про противника они знали ровно столько же, сколько в день приземления «Шустрого», как и за год, и за два до этого – ни-че-го.
– Тьфу, – в сердцах сплюнул Рик и с силой ударил ногой по камешку.
Тот отлетел к металлической стойке за границей плаца, ударился об нее и отскочил под ноги Максу Колашу. Тот наступил на камешек ногой, бросил озадаченный взгляд на приятеля и вдруг, хмыкнув, сорвался с места, ведя свой импровизированный мяч в сторону Саттора. Покрутился вокруг него и направился дальше.
– Тебе конец, генеральский сынок! – крикнул Колаш. – Я тебя всухую размажу!
– Да, конечно, – усмехнулся Рик и бросился за Максом, чтобы вернуть себе камешек.
Они метались по плацу, гоняя несчастный камень, отнимали его друг у друга, используя далеко не честные приемы. Эта игра лишь отдаленно напоминала старый добрый футбол – более всего она походила на спарринг, в котором камню отводилась роль снаряда, сулившего победу самому ловкому и хитрому. Постепенно к плацу подтянулись любопытные зеваки. Кого-то привлекла матерщина, слетавшая с губ обоих противников щедрым потоком, а кто-то пришел, услышав о неожиданном развлечении.
