Римская Галлия полностью

На первом месте здесь должен быть назван налог на наследство – vicesima hereditatium. Он был установлен Августом с согласия сената правильным законом[820]. Им облагались наследства римских граждан как в Италии, так и в остальных частях империи. Он составлял 5 % стоимости наследств или завещанных имуществ[821]; но наследники по прямой линии избавлялись от него[822]. Траян распространил последнюю льготу на братьев и сестер[823]. То же освобождение применялось к мелким наследствам: налог взыскивался лишь с передаваемых имуществ известной ценности[824]. Каждый богатый галл, раз он делался римским гражданином, должен был платить эту подать[825].

То же самое надо сказать о налоге на освобождения (также учрежденном Августом), которому подчинены были римские граждане. Господин должен уплачивать государству за всякого освобождаемого им раба 5 % ценности этого раба[826]. Надписи свидетельствуют, что жители Галлии вносили эту vicesima libertatis[827].

К указанной же группе налогов, введенных Августом, присоединялось еще право государства взыскивать однопроцентный сбор с продаж, который потом вырос до 2,5 %[828]. Калигула отменил его[829], но потом он был восстановлен, так как мы находим следы его в Дигестaх[830]. Продажа рабов подлежала специальному четырехпроцентному налогу[831].

Таможенные сборы, то есть провозные пошлины по хлюстам, дорогам и рекам, существовали уже в независимой Галлии[832]. Мы их снова находим в Римской Галлии, как и вообще во всей империи[833]. Из надписей узнаем, что существовала таможенная линия между Галлией и Италией[834]; она шла вдоль Альп, затем направлялась к Цюриху и оттуда к Метцу, так что провинция, называвшаяся Германией, находилась позади нее[835]. Другие еще таможенные станции установлены были в Лионе, центре, куда сходились галльские дороги, a также в Ниме и Арле. Подобные же таможенные посты существовали при выходе из Пиренейских проходов[836] и еще другие – по берегам Ла-Манша[837]. При переезде через эти таможенные границы за товары, отправлявшиеся в Галлию из Италии, Германии, Испании и Британии и возвращавшиеся из нее в эти же страны, облагались пошлиною размером («ad valorem») в 2,5 %[838].

Тяжесть названных налогов увеличивалась оттого, что они не взимались прямо государством. Они сдавались на откуп обществам публиканов. Надписи обнаруживают перед нами откупщиков налогов за наследства[839], за освобождение[840] и «таможенных пошлин»[841]. Каждое из таких обществ откупщиков[842] действовало при помощи многочисленного персонала приказчиков, агентов, рабов[843]. Впрочем, в качестве заведующего сбором каждой из упомянутых крупных податей всегда стоял правительственный чиновник, именуемый прокуратором[844].

К перечисленным налогам надо присоединить ряд натуральных сборов. Когда император находился в путешествии или когда ехал куда-нибудь чиновник по его приказанию, население должно было доставлять им жилище и пропитание[845]. Надо было также давать постой, провиант и фураж вооруженному отряду, который их сопровождал[846]. Те же повинности выполнялись населением по отношению к императорской почте (cursus publicus), для которой оно должно было поставлять лошадей (veredi)[847]. Существовала еще целая система обязательных работ по содержанию дорог и подводных повинностей, которыми также были обложены жители различных местностей в пользу государства (angariae)[848].

Все эти налоги взимались в пользу государственной казны; y муниципальных общин было свое особое, так сказать, земское обложение.

Вся описанная система косвенных налогов не устранила земельного, прямого. После того как галлы уже платили его в качестве подданных римского народа, они продолжали нести его и как римские граждане. Во втором веке уже перестали смотреть на поземельную подать как на признак подчинения: сама италийская почва была обложена ею; она стала рассматриваться как часть имущества, которую каждый собственник обязан был отдавать в пользу государства на организацию необходимых для всех учреждений или работ[849].