XVII. Таким вот образом завершилось сражение. На следующий день римляне, сняв доспехи с вражеских трупов и похоронив своих, ушли. Самые сильные из всадников, подняв тело Брута, украшенное наиболее почетными венками, повезли его в Рим, сопровождая многочисленными хвалебными речами и обильными слезами. Они были встречены сенатом, который постановил от имени народа почтить полководца предоставлением триумфа и угощать войско кратерами вина и яствами. 2. По вступлении войска в город консул отпраздновал триумф, как это было в обычае у царей, когда они совершали украшенное трофеями шествие и делали жертвоприношения. Добычу же консул посвятил богам, затем он освятил этот день и дал пир для наиболее именитых из сограждан. Но на следующий день Валерий, облачившись в траурные одежды и выставив на Форуме тело Брута, положенное на превосходное ложе, созвал народ на собрание и, взойдя на трибуну, произнес в его честь надгробную речь. 3. Итак, был ли Валерий первым, кто установил для римлян этот закон, или он перенял установленное еще царями, я не могу сказать определенно. Но, изучив всеобщую историю, которую написали древнейшие из поэтов и ученейшие из писателей, я твердо знаю, что произнесение при погребении именитых мужей речей, прославляющих их доблесть, — это древнее изобретение римлян, и эллины отнюдь не первые ввели его. 4. Эти авторы описали как гимнастические, так и конные состязания в честь умершего, устраиваемые в честь знатных мужей их родственниками, так же как Ахиллом устраивались состязания в честь Патрокла, а еще раньше Гераклом — в честь Пелопса. Произнесенные в их честь речи не записаны никем, кроме афинских трагических поэтов, которые, льстя городу, рассказали о похоронах, устроенных Тесеем[590]. Ведь афиняне довольно поздно ввели в обычай надгробную речь, учредив ее либо в честь погибших за отечество при Артемисии, Саламине и Платеях, либо в честь победивших при Марафоне[591]. А марафонские дела, если именно из-за них было установлено произносить надгробные речи умершим, произошли на шестнадцать лет позже погребения Брута. 5. Если кто-нибудь, желая выяснить, кто впервые установил надгробные похвальные речи, захочет изучить сам этот обычай и определить, у какого из народов он лучше, то он обнаружит, что у римлян этот обычай гораздо разумнее, чем у афинян, так как афиняне считают, что погребальные речи следует произносить только на похоронах тех, кто погиб на войне, полагая, что следует за одну только доблестную смерть перечислять достоинства, даже если в другом отношении сделано что-либо дурное. 6. Римляне же, наоборот, в отношении всех знаменитых людей, — будь то получившие командование в войне или возглавлявшие гражданские дела, если они принимали разумные решения и осуществляли добрые деяния, — считали достойными этой почести, и не только тех, кто погиб на войне, но и любого, окончившего жизнь каким бы то ни было образом, считая, что следует прославлять человека за все совершенные им в течение жизни доблестные деяния, а не только за славную смерть.
XVIII. Юний же Брут, который уничтожил монархию и первый был назначен консулом, поздно достигший славы и не долго насладившись ею, стал наиболее известным из всех римлян именно из-за такого исхода; он не оставил ни мужского потомства, ни женского, как пишут наиболее достоверные исследователи истории римлян, приводя многочисленные и разнообразные подтверждения этого, но среди всех сведений самым спорным является то, что он был патрицианского рода. Ведь все Юнии и Бруты, считающие, что они принадлежат к его фамилии, были плебеями и получали только те магистратуры, к которым закон допускал плебеев: эдилитет и трибунат, но ни один из них не добился консульства, которое принадлежало только патрициям. 2. Только гораздо позднее они получили и эту магистратуру, когда закон разрешил плебеям занимать должность консула. Но я предоставляю поиск истины тем, заботой и тревогой которых является достоверное знание.
