— Дистилляцией. Нагреванием. Растворением в вине или масле. У каждого вещества свой способ.
К полудню мы вернулись к портному. Одежда была готова — Марк теперь выглядел как процветающий ученый, а я — как уважаемый чужеземец.
— Как чувствуешь себя? — спросил я, когда мы направились к вилле.
— По-другому, — признался он, поправляя новую тогу. — Увереннее. Словно я действительно стал другим человеком.
— Ты и стал, — сказал я. — Вчера ты был неудачником, который обманывал богатого покровителя. Сегодня ты — ученик настоящего алхимика, который изучает величайшую из наук.
— А что завтра?
— Завтра ты станешь мастером, способным создать то, что считается невозможным.
Марк кивнул, и в его глазах я увидел то, чего раньше не было — настоящую решимость.
Хорошо. Инструмент начинает приобретать нужную форму.
Вечером, когда солнце клонилось к закату, я нашел Марка в его комнате, где он изучал записи утреннего урока. В новой одежде и с аккуратно подстриженными бровями он действительно выглядел совершенно по-другому — как образованный римлянин, а не бродячий грек.
— Отложи таблички, — сказал я, входя в комнату. — Сегодня у нас урок другого рода.
— Алхимия? — спросил он, поднимая голову.
— Риторика, — ответил я, усаживаясь напротив. — Умение говорить не менее важно, чем умение смешивать металлы.
Марк выглядел удивленным.
— Но зачем алхимику риторика?
— Затем, что алхимик работает не в пустоте. Ему нужны покровители, деньги, материалы. А для этого нужно уметь убеждать людей в ценности своей работы.
Я встал и начал расхаживать по комнате.
— Представь: ты стоишь перед Корнелием и его друзьями-патрициями. Они сомневаются в твоих способностях. Что скажешь?
Марк замялся.
— Что... я изучаю древние тексты и провожу опыты?
— Слабо, — покачал я головой. — Слишком неопределенно. Патриции любят конкретику и уверенность. Попробуй еще раз.
— Я... работаю над созданием философского камня?
— Лучше, но недостаточно убедительно. Послушай, как надо.
Я выпрямился, изменил голос, сделав его более глубоким и торжественным:
— Уважаемые господа! Перед вами стоит не простой ремесленник, а исследователь величайших тайн природы. Используя знания, собранные за века мудрецами Египта, Вавилона и Греции, я приближаюсь к разгадке загадки превращения металлов. Мои последние опыты показали...
Я сделал паузу и посмотрел на Марка.
— Видишь разницу?
— Ты говорил... увереннее. И использовал больше красивых слов.
— Правильно. Первое правило риторики — создать впечатление компетентности. Люди верят тому, кто говорит уверенно.
Я сел обратно.
— Второе правило — структура речи. Любое выступление должно иметь начало, середину и конец. Начало привлекает внимание, середина излагает суть, конец призывает к действию.
— А если меня спросят о чем-то, чего я не знаю?
— Отличный вопрос, — одобрил я. — Третье правило — никогда не признавайся в незнании прямо. Вместо "я не знаю" говори "это требует дополнительных исследований" или "этот аспект пока не изучен должным образом".
Марк кивнул, записывая.
— Четвертое правило — используй авторитеты. Ссылайся на Аристотеля, Гермеса Трисмегиста, александрийских мудрецов. Даже если ты говоришь что-то свое, подавай это как древнюю мудрость.
— А если кто-то знает эти тексты лучше меня?
— Маловероятно. Большинство патрициев образованы поверхностно. Они знают имена, но не читали оригиналы. Но на всякий случай — пятое правило: переводи разговор на практику. "Теория — это хорошо, но позвольте показать вам результаты опытов".
Я встал и указал на него.
— Теперь практика. Представь, что я — скептически настроенный сенатор. Убеди меня, что стоит вкладывать деньги в твои исследования.
Марк поднялся, явно нервничая.
— Господин сенатор... я изучаю алхимию и...
— Стоп, — прервал я. — Голос увереннее. Спина прямее. Смотри мне в глаза. И начни с вопроса или утверждения, которое заставит меня слушать.
Марк выпрямился, набрал воздуха в грудь.
— Господин сенатор, что бы вы сказали, если бы узнали, что можно превратить свинец в золото?
— Лучше! — одобрил я. — Продолжай.
— Это не фантазия, а реальная возможность. Древние египтяне владели этим искусством, о чем свидетельствуют их священные папирусы. Я изучил эти тексты и уже достиг первых успехов...
— Хорошо, но где доказательства?
— Позвольте показать, — Марк сделал театральный жест. — Завтра в моей лаборатории я продемонстрирую вам превращение одного металла в другой. Это лишь первый шаг к созданию истинного философского камня.
— Отлично! — я похлопал в ладоши. — Ты быстро учишься. Но помни шестое правило — всегда оставляй слушателям надежду на большее. Не обещай все сразу, дай им повод вернуться.
Мы провели еще час, отрабатывая различные ситуации — как отвечать на каверзные вопросы, как переводить разговор в нужное русло, как создавать интригу вокруг своей работы.
— И последнее, — сказал я в конце урока. — Помни о языке тела. Жесты должны быть уверенными, но не резкими. Поза — открытой. Никогда не скрещивай руки, не отводи взгляд, не переминайся с ноги на ногу.
— А если я все-таки буду нервничать?
