Римское сумасшествие полностью

– Ну да, но столько времени прошло с тех пор, как я окончила колледж в Бостоне. Возможно, я просто разлюбила рисовать. – Я чувствовала, насколько слабыми были мои отговорки, настолько, что они казались практически прозрачными и неправдоподобными.

По тому, как она в ответ покачала головой, можно было сделать вывод, что Дэйзи точно не купилась на это.

– Ну уж нет, ни за что. Ты не могла просто взять и разлюбить рисование.

– Людям часто перестает нравится что-то делать, Дэйзи. Думаю, что мое пребывание здесь – прекрасный пример того, насколько реальными могут быть мои слова.

Я чувствовала, что слезы начинают наворачиваться на глазах. Господи, как же тяжело было говорить об этом. С трудом сдерживая слёзы, я потерла ноющую от сердечной боли грудную клетку.

– Я не пытаюсь преуменьшить вину Дэниела, но в данный момент меня больше беспокоит тот факт, что ты больше не рисуешь, а не то, что ты разводишься с мужем.

– Что ты хочешь, чтобы я ответила? –раздраженно ответила я. –Что когда-то, вчера или даже год назад, я решила оставить свои великие дела и уделить больше внимания великим делам Дэниела? Или как его учеба в юридической школе отодвинула на задний план мою учебу в аспирантуре? И как мне приходилось быть понимающей женой, когда муж открыл фирму и уделял работе семьдесят часов в неделю, что означало, что у меня просто физически не хватало времени посещать галерею. На первом месте стояло создание уюта в доме. Мне приходилось следить за мельчайшими проблемами, чтобы наша семейная жизнь была гладкой, и чтобы он мог ходить на работу и рано или поздно стать большой шишкой, а я в это время должна следить за тем, чтобы наш садовник не пытался обмануть нас и завысить цены на удобрения.

Я кричала. Кричала на свою лучшую подругу посреди шумной улицы Рима, кричала только потому, что она имела смелость спросить меня о чем-то, что в какой-то момент моей жизни являлось точным определением того, кем я была и кем я могла бы стать в будущем.

– Прости, мне не следовало...

Она подняла руку, останавливая меня.

– Не извиняйся. – С этим словами, она взяла меня под локоть.

– Но я же наорала на тебя, – всхлипнув, я вытерла ладонью выступившие слезы.

– Ага. Наорала,– засмеявшись, ответила она. – Хочешь делать зарисовки, пока находишься здесь? Делай. Хочешь просто гулять, осматривать окрестности и наслаждаться отдыхом? Пока ты здесь, делай всё, что пожелаешь, Эвери. Я серьезно. И больше не думай о такой фигне, как чужое одобрение, capisce? [поняла, ит. – прим. пер.]

– Capisci, – ответила я, кивнув.

– Отлично. Этот вопрос решён. А теперь пошли, пока ты не решила накричать на меня еще раз. Ресторан Fodors уже практически рядом.

– Ох, всего лишь накорми меня ужином. – Я сжала её руку, благодарная за то, что нахожусь именно здесь, рядом с тем, кто на самом деле заботится обо мне, и, возможно, именно этих перемен мне и хотелось. И в данный момент, я очень, очень хотела поужинать.

Мы снова вышли на оживленные улочки, всё еще держась за руки, одновременно обходя людей, которые точно также решили прогуляться этим восхитительным вечером.

Мы наконец-то остановились, когда подошли к кафе, на ступенях которого сидел мужчина и играл что-то на гитаре. Дэйзи поздоровалась с ним по имени. Это было квинтэссенцией всех моментов, увиденных мною в Европе: случайный пожилой мужчина, гитара, кафе. А затем, мне показалось, что Роберт ДеНиро появился неожиданно рядом со мной и закинул мне на плечо свою руку. Поцеловав его в обе щеки, Дэйзи произнесла:

– Чао, Бруно, это Эвери, моя подруга из Америки, про которую я рассказывала. – Она протянула мне руку, предлагая присоединиться к разговору.

Владелец кафе был пожилым мужчиной, с седыми торчащими во все стороны волосами и с добрыми глазами, которые отливали золотом при свете ламп. На его серой рубашке были видны крошки хлеба, который он только что откусил.

– Buona sera,–произнес он, притянув меня для нескольких поцелуев и слишком долгого объятия.

– Полагаю, что все уже собрались,–возбужденно произнесла Дэйзи, направляясь мимо столиков на улице внутрь ресторана.

Вырвавшись из объятий хозяина, я присоединилась к ней и вошла внутрь мимо ужинающих гостей, стука тарелок и снующих официантов.А затем мы оказались во внутреннем дворике, где открывался вид на вечернее небо, усыпанное звездами, бесконечное и захватывающее дух.

Возможно, всё из-за ранее произнесенных Дэйзи слов, а возможно это было фантомное чувство, но моя рука непроизвольно сжалась, и мне дико захотелось опуститься на стул и прямо в этот момент сделать зарисовку. Никакие пейзажи, чёрт, да ничто не могло подтолкнуть меня к этому уже в течение многих лет. Дэйзи была права, мне нужно найти магазин с необходимыми материалами. Я решила заключить сама с собой сделку, что обязательно найду такой магазин и прикуплю необходимые инструменты. Даже если это будет горстка пастели и блокнот, которые я не использую. Они как минимум должны у меня быть.