В помещении стояли отвратительные запахи перегара и сгоревшего мяса. Маг едва сдерживался от того, чтобы наморщится, что давалось ему с великим трудом. Он было хотел попросить проверить помещение, но столкнувшись с суровым взглядом бармена понял, что хозяев заведения расстраивать не хочет. Всё равно долго тут сидеть не придётся, потому, можно и потерпеть.
Кучка крестьян, о чём-то перешёптываясь, покинула свои сидячие места, и зашагала к выходу. Ал старался не смотреть на них, но почти физически ощущал взгляды в спину, которые были явно не хорошими. В груди Ала усиливалось неприятное давление, и он нервно постукивал пальцами по стойке, думая, чем так раздражал местное население. Рожей не вышел, что ли, или цветом кожи? Ал чувствовал себя Таджиком, отбиравшим у русских работников сразу два рабочих места, и теперь понял, как паршиво мигрантам временами бывает.
Сидеть пришлось недолго. Народ, мало по малу, покинул заведение. Они выходили короткими очередями. Внутри остались лишь охранники, да бармен, который, по виду, был весьма крепким парнем. Интересно, как показатели силы сказывались на физических возможностях персонажей? Ал был так увлечён организацией проекта, что вовсе не замечал подобных мелочей, а появилось их великое множество.
Снаружи раздался вопль. В груди Ала защемило, и кровь, моментально заполнившись адреналином, позволила магу перейти в состояние боеготовности. Он встретился со взглядами безразличных охранников, и ему показалось странным то, что не было моментальной реакции с их стороны. Ал подскочил, подбежав к окну, и увидел, что два крупных человекоподобных дерева на пастбище схватили эльфа за конечности.
Чуть не обронив от удивления челюсть, Ал осознал, что это были лесные духи.
Эльф орал во всё горло, чувствуя, как конечности начинают отделяться от тела, и Ал не выдержал этого зрелища.
— Помогите, придурки! Хрена вы застыли?!
Охранники переглянулись раздражённо, и, кивнув друг другу, бросились на Ала. Ал, имея притуплённые бойцовские рефлексы, вообще никак не среагировал. Ощутив в животе боль, Ал согнулся от сильного удара, нанесённого охранником. Затем, перед глазами Ала всё вспыхнуло, а в ушах зазвенело. Хлестанув Ала ногой по лицу, охранник отправил его в короткий полёт через зал таверны, и тот, протянутый по полу инерцией удара, вскоре остановился.
Встав на четвереньки, Ал сплюнул на пол кровью, и ощутил кипящую внутри злость, смешавшуюся с испугом. Его руки дрожали, зубы были стиснуты, а лицо покраснело от гнева. Он, не выдержав, крикнул.
— Да вы охренели!
Взглянув на место, где была полоска жизни, Ал округлил глаза. Она тоже пропала, и настала пора переживать по-настоящему. Как ориентироваться в бою теперь? Так, значит, надо было оценивать обстановку по физиологии. Голова кружилась, в ушах звенело, лицо и живот разрывались от ноющей боли, но взгляд всё ещё был ясным. Попытки подвигать конечностями закончились успехом. Значит, драться было можно. «Сейчас я вам дам просраться, мрази!» — сцепив зубы, и двинув желваками, Ал посмотрел на удивлённых охранников.
Всё таки, разница в уровнях позволила Алу выдержать нападение.
Ал вскочил, и выдернул из-за пояса палку, сердито глядя на неприятелей. Они переглянулись, и взорвались хохотом, схватившись за животы.
— Ты посмотри на не…
Ал моментально сократил дистанцию, в один шаг, и замахнулся. От удара корягой голова охранника лопнула, как арбуз, и он умер настолько быстро, что даже не успел почувствовать боли. Его шокированный товарищ застыл в недоумении, и хлопал глазами, пытаясь поверить в подлинность произошедшего. Ал стоял, будучи не меньше удивлённым, и осматривая то, что осталось от головы охранника. Охранник упал на пол.
Выживший оказался умным малым, и поняв, что шансы явно не равные, вылетел через дверь словно ураган, сорвав её с петель. Ал удивился тому, что люди, пусть и в игре, могут бегать так быстро без дополнительных бафов. Оглядевшись, Ал заметил, что с ног до головы заляпан кровью и ошмётками мозгов, точно так же, как и часть таверны. Зрелище было крайне неприятным, и Ал вновь ощутил, как к горлу подошёл рвотный комок.
Стараясь не дышать, Ал выпрыгнул под открытое небо, и погрузившись в грязь по щиколотку, побежал к эльфу. Лесные духи по прежнему держали его, не торопясь рвать свою жертву, и Ал строил в уме страшные догадки. Вдруг он увидел, как из-под свисавших крон деревьев посыпали крестьяне, сжимавшие в руках вилы и косы. Они бежали к эльфу с яростными криками, и сыпали проклятиями, многие из которых Ал услышал впервые в жизни.
— Помогите ему! Эй!
Но его будто никто и не слышал. Эльф извивался, пытаясь вырваться, и жутко матерился, краснея от боли и злости. Крестьяне окружили пленника, и, почти синхронно размахнувшись инструментами, нанесли удар. Они вонзили грабли и косы в туловище тёмного эльфа, и он испытал дичайшую боль, пронзившую всё его тело. Он взвыл, изогнулся, и стиснул зубы, сдавленно крича сквозь них.
— Помогите!
