«Девушку из Ипанемы» можно найти в Интернете в самых неожиданных контекстах. Доктор из Гонконга пишет о якобы вредном воздействии солнца и приводит в пример нашу девушку, намекая, что она бы уже раз двадцать заболела раком кожи, учитывая, сколько времени она каждый день загорает. Другой доктор, теперь уже американец, говорит, что не может слышать эту песню, после того как коллега рассказал ему, что с, ее помощью запомнил название возбудителя сифилиса — «Девушка из Трепонемы». Интернетчики из Штатов, Японии и Германии вспоминают, где и когда впервые услышали «Девушку из Ипанемы», так же как некоторые вспоминают, где они были в момент убийства Джона Кеннеди 22 ноября 1963 года. Эти события не так уж и далеки друг от друга — первый сингл Гетца и Аструд вышел в Нью-Йорке всего через две недели после смерти Кеннеди, и для некоторых американцев эта мелодия символизирует окончание эпохи невинности, когда они еще не знали о том, что происходит в мире, и неведение приносило им радость.
Другие любят описывать, как приехали в Рио и соблазнили «девушку из Ипанемы», то есть как встретили в Ипанеме девушку, влюбились в нее, привезли к себе на родину и женились на ней. Или женились на ней в Рио и остались там. Сама тема несколько туманна, в конце концов, а кто такая эта девушка из Ипанемы? — и существует сайт, посвященный обсуждению как раз этого вопроса: кто такая девушка из Ипанемы? Большинство из обсуждающих согласны, что это Элу Пинейру. В 1962-м она была юной девушкой с голубыми глазами и черными волосами, и именно она прошла как-то раз мимо бара, где Том Жобин и Винисиуш де Мораэш вместе пили пиво. Согласно легенде, заметив девушку, они тут же выхватили ручки и бумагу и не сходя с места написали стихи и музыку. Туристы обожают легенды, и с самого момента появления песни «Девушка из Ипанемы» помогала турагентствам продавать Рио. Например, гостям города предлагают экскурсию на пляж Ипанемы и в тот самый бар, «где Жобин и Мораэш написали песню». Ну пляж-то в любом случае посетить стоит, даже сами кариоки, которые могут попасть сюда когда угодно, буквально дни и ночи здесь проводят. А бар, когда-то простоватый и называвшийся «Велозо», с тех пор стал почище и переименован в «Garota de Ipanema» — он действительно существует, и его владелец с гордостью демонстрирует столик, за которым любили сидеть Жобин и Винисиуш де Мораэш. (Я и сам сиживал за этим столиком с Жобином, да и половина населения Рио тоже, хоть и не в один и тот же день.) Но что сказали бы туристы, если бы узнали, что Жобин и Винисиуш де Мораэш были людьми серьезными, ходили в бар выпить, а не поработать, а песню написали позже, далеко отсюда, сидя каждый у себя дома.
А что до «девушки из Ипанемы», то, конечно же, она существует. И существовала всегда, даже когда самой Ипанемы здесь еще и в помине не было. Она — истинная наследница тех девушек, что более века тому назад, в 1850-м, прогуливались по руа ду Увидор, которая тогда была для города тем же, чем сейчас для него стали пляжи. В этом смысле, обратив свое вдохновение на девушку именно из этого района города, Винисиуш и Жобин отдали дань почтения кариокской традиции, уходящей корнями в далекое прошлое, в девятнадцатый век, когда женщины завоевали себе право выходить на улицу и вращаться в обществе, которое до этого буквально запирало их в собственных спальнях.
Удивительно то, что в 1862 году первым из них пришлось играть на чужом поле — руа ду Увидор тогда была исключительно «мужской» территорией, — но они умудрились сравнять счет с мужчинами. В начале двадцатого века, когда руа ду Увидор частично утратила свое центральное положение и значимость, а город разросся и дотянулся до своих южных пляжей, они расширили территорию своего влияния: теперь женская половина Рио прогуливалась по мягкому песку пляжей. И здесь женщины оказались на крайне благосклонной к ним территории — освободившись наконец от корсетов и нижних юбок, они могли в полную силу использовать данное им от природы оружие. А с пониманием этого появление в недалеком будущем «Девушки из Ипанемы» было уже неизбежно. И пришло время, и явилась девушка, и увидели мужчины-кариоки, что она хороша…
