— Ты счастлива дать мне это? — он посмотрел на толстовку с явным интересом.
Не желая, чтобы Заал подумал, что я смеюсь над его наивностью, я взяла толстовку, протянула ему, чтобы он надел ее. Натянув ее ему на руки и, подойдя к нему спереди, застегнула молнию. Он все еще ждал моего ответа, поэтому я ответила:
— Я счастлива, что ты, наконец, свободен.
Заал помолчал, потом поднял руку. Он провел ею по моим волосам.
— У тебя мягкие волосы, — заметил он.
Озадаченная внезапной переменой в разговоре, я пробежалась руками по его длинным черным, как смоль, волосам и сказала:
— Теперь и твои тоже.
Он провел пальцами по своим почти уже сухим волосам. Его глаза встретились с моими, и он спросил:
— Ты позаботилась обо мне?
Я сглотнула, так как мое горло сжималось от дикого влечения к этому человеку.
— Да, — прошептала я. — Я позаботилась о тебе.
Он снова опустил голову и провел пальцем по моей щеке. Его палец продолжал двигаться вниз, по моей груди, мои соски заныли от его прикосновений. Затем его палец постучал по моему сердцу, прежде чем коснуться его.
— Потому что… ты… для меня.
Время остановилось, когда он снова произнес эти слова. Хотя в данном случае это был не вопрос. Для него это было фактом. В его глазах я была его. Я была для него.
— Пойдем на пляж, — объявила я, не в силах заглушить химию между нами. Его глаза расширились, но прежде чем я дала ему шанс сопротивляться, вывела его из комнаты и повела вниз по лестнице.
Когда мы повернули за угол в гостиную, Савин и Илья стояли в центре. Заал напрягся. Я повернулась и, встав на цыпочки, прижала руку к его щеке.
— Они здесь, чтобы защитить тебя, а не держать в клетке.
Глаза Заала сузились, когда он сосредоточился на моих быках, но он хотел доверять мне. Я видела, что Заал доверяет мне.
Заал на этот раз взял меня за руку. Мое сердце расцвело, когда я улыбнулась ему. Я услышала его прерывистое дыхание и улыбнулась еще шире.
Я пыталась провести нас мимо Савина и Ильи, но Савин шагнул вперед.
— Мисс, можно тебя на пару слов?
Я посмотрела на Савина, его взгляд был суров.
— Что, Савин?
Он перевел взгляд на Заала, потом на меня.
— Наедине, пожалуйста.
— Это может подождать, Савин, — ответила я, затем он спросил:
— Князь знает, что ты делаешь?
Я напряглась. Гнев и намек на чувство вины поселились в моем животе.
— Он в Бруклине, его вызвал пахан. Ему не нужны неприятности. У него достаточно проблем.
Савин кивнул, плотно сжав рот. Он знал, что я осознаю, что поступаю неправильно.
Но я продолжила без колебаний.
— Он хочет, чтобы эта ситуация была исправлена. — Я оглянулась на Заала, который подвинулся ближе к моей спине в защитном жесте. — Я помогаю сделать все правильно, — заключила я.
Заал последовал за мной к задней двери, и его дыхание участилось. Я не оглядывалась назад. Я просто открыла дверь, зимний ветер с океана ударил мне в лицо.
Рука Заала сжалась в моей, но я шагнула вперед, забрав его с собой. Ветер громко свистел, но, по крайней мере, ярко светило солнце. Я остановилась, и Заал подошел ко мне. Его глаза смотрели на солнце. Выражение его лица, когда он осматривал наш частный пляж, было похоже на то, что кто-то возвращается домой после долгого времени.
Для меня это был взгляд свободы.
— Хочешь пройти дальше? — спросила я. Заал посмотрел на меня, нервы играли на его темных скулах, но он кивнул.
Я взглянула на его босые ноги. Я боялась, что ему будет холодно, но он не чувствовал зимней прохлады. Я не думала, что что-нибудь, даже проклятый ураган, может повлиять на него в этот момент.
— Я покажу тебе океан, — предложила я. Мы прошли мимо бассейна на нашу частную деревянную дорожку. Воздух был наполнен шумом волн, разбивающихся о песок. Заал шел позади меня. Его дыхание было прерывистым, а мышцы напряженными.
Он дрожал от яркого света, но у меня было чувство, что ничто не помешает ему добраться до пляжа.
Когда мы дошли до конца причала, я повернулась к Заалу и опустила руку.
Паническое выражение промелькнуло на его лице. Я проигнорировала это и продолжила идти.
Я закричала:
— Ты когда-нибудь раньше видел песок?
Я указала на гладкий бежевый песок. Как я и ожидала, Заал покачал головой. Я улыбнулась. Это привлекло его внимание.
— Ходить по песку — одно из лучших удовольствий в мире.
Заал уставился на песок, внимательно изучая его. Я погладила его плечо.
— Иди, — сказала я, — ощути песок. Встречай океан.
Заал, понятно, опасался. Его лицо слегка побледнело, но, когда я ободряюще кивнула подбородком в сторону пляжа, он пошел.
Как только его большие ноги погрузились в песок, у него перехватило дыхание. Его пальцы дрожали, и он наклонился, чтобы зачерпнуть песок руками. Он долго сидел на корточках, зарывшись руками в мягкий песок.
Волна эмоций захлестнула меня, унося каждый вздох. Моя рука прижалась к груди, глаза защипало.
Я, Талия Толстая, двадцатичетырехлетняя дочь босса братвы из Нью-Йорка, переживала за Костава. Костава, который понятия не имел, кто он, черт возьми, такой.
Чувствуя слабость в ногах, я опустилась на край деревянного причала, обхватив руками талию.
