— Мы-то уйдем, но вас жалко, — хмыкнул тощий пуффендуец. — Он притворяется, он просто не может быть нормальным. Вы, вроде бы, адекватные, но почему-то общаетесь с этим убийцей. Вот увидите, настанет день, и он выстрелит заклинанием вам в спину, пусть даже он выглядит слабаком, — он дождался, когда младший из братьев подойдет к ним, и продолжил: — Вы правы только в одном. В таком месте нам не стоило устраивать разборки.
— Это вас жалко, — сказал Алекс, сжав кулаки, — вы не можете перешагнуть стену из предрассудков. Пока вам этого не удастся, вы не станете полноценными магами. Хотя даже не так. Вы не станете нормальными полноценными людьми.
— Еще раз увижу такое безобразие, и вам не поздоровится, — добавила Дэвидсон, когда троица, покачав головами в знак несогласия со словами Алекса, развернулась, чтобы уйти. Никто из них ничего не ответил.
Я уронил голову на руки, скрыв лицо от друзей. Холодок прошелся по моей спине, и к боли добавилось ощущение онемения. Будто на меня вылили ведро ледяной воды. Сколько бы ни прошло времени, и что бы я ни сделал, люди будут видеть во мне Пожирателя Смерти. Убийцу. Да, я ошибался, я делал глупости и подлости, но... Но я не убивал! Никогда!
— Что? — спросил Алекс. До меня дошло, что последние несколько мыслей я произнес вслух, хоть и шепотом.
Я помотал головой и сильнее прижал руки к лицу.
К моей холодной ладони дотронулась теплая рука Амелии. Она присела около моего кресла так, что наши лица оказались на одном уровне.
— Драко, со временем все это сгладится, — сказала она сочувственно.
— Нет, — прошептал я. — Все всегда будут видеть во мне убийцу. Но я не такой.
— Малфой, я знаю, что ты никого не убивал. И Алекс знает. И все профессора Хогвартса это знают. И твои родители. Этот список можно продолжать и дальше. Все наладится со временем, — она потянула мою ладонь и взглянула мне в глаза. — Ты тот, кто ты есть, а не тот, кем тебя считают другие. Настоящий ты всегда будет отличаться от того, которого видят другие люди. Но мы все квиты, потому что никто не может за фасадом рассмотреть весь скрытый внутренний мир. Такова жизнь. И нечего убиваться из-за этого. Продолжая совершать поступки, ты будешь менять о себе мнение, так что все в твоих руках.
Я устало вздохнул, и с выдохом ушла часть того напряжения, которое сковало мое тело.
— Не нужно мне твоих пафосных речей, Дэвидсон, — сказал я тихо, отведя он нее взгляд. — Но за поддержку спасибо.
— Ты такой дурак, — беззлобно сказала она и поднялась. — Не знаю как вы, а я замерзла. Может, вернемся в «Три метлы» ненадолго? Или пойдем уже в Хогвартс?
— Я тоже замерз, — откликнулся Алекс. — Скоро стемнеет и станет еще холоднее, но, думаю, нам не помешало бы выпить ещё по кружке сливочного пива перед возвращением. Ты как считаешь, Драко?
— Как хотите, — сказал я безразлично. Мне правда было абсолютно все равно. В голове кружили обрывки мыслей, которые никак не удавалось собрать в единое целое.
— Ты в порядке? — спросил Алекс.
— Да, все в норме, — ответил я, отмахнувшись. — Пойдемте в «Три метлы», здесь же холодно, а я тут уже давно.
— Не ворчи, ты мог пойти с нами в книжную лавку, там тепло и уютно, а потом уже отправляться сюда, — сказала Дэвидсон, — так что ты сам виноват. Теперь подожди немного, — она подошла к памятной табличке и наколдовала три черных цветка, чем-то похожих на розы. Положив их к тому, который ранее оставил я, она обернулась и сказала: — Как я поняла, профессор Снейп любил черный цвет.
Я кивнул, и она слегка улыбнулась.
— А вот теперь можем идти, — не дожидаясь ответа, она быстро зашагала в сторону паба.
* * *
После того, как мы еще час просидели в «Трех метлах», настало время возвращаться в Хогвартс. Всю обратную дорогу я думал о том, как бы деликатно отправить Дэвидсон в замок, ведь нам с Алексом предстояло еще одно важное дело. Если Грейнджер сумела купить все нужные ингредиенты в Лондоне, то именно от исхода сегодняшнего вечера зависело, начнем ли мы варить зелье в ближайшее время.
Алекс и Амелия без умолку болтали о книгах, которые им удалось приобрести в Хогсмиде, создавалось впечатление, что живость их разговора была искусственной и наигранной. Как по молчаливому согласию никто не хотел больше поднимать тему конфликта около Визжащей Хижины. Друзья шли позади меня, но я знал, что они держатся за руки. Правда, Алекс уже успел мне коротко объяснить, что причина этого совсем не романтического характера, просто Дэвидсон умудрилась три раза поскользнуться и один раз даже упасть, так что из чисто практических соображений Алекс уговорил ее взять его за руку, иначе пришлось бы снизить нашу скорость раза в три, если мы не хотели, чтобы Амелия покалечилась по дороге.
Когда мы подошли к Черному озеру, было уже темно. Алекс аккуратно опустил мое кресло на землю и остановился. Дэвидсон удивленно приподняла брови.
— Дальше не идем? — спросила она.
Алекс замялся. Да, я понимал его, врать Дэвидсон ему явно не хотелось. Значит, говорить должен был я.
