Вы сами, государь; он слишком долгоВас затмевал и лишь стране служил,О короле нисколько не заботясь…
Людовик
Ты прав – он был хороший дипломат;Но вот и все. Признаться, между нами,В учености его я сомневаюсь:Он ничего во многом и не смыслил.
Барадас
Я и теперь без смеха не могуОдну охоту вспомнить.
Людовик
Да, умора!Когда простого ястреба он принялЗа сокола. Забавная ошибка. (Крестится.)Ах, бедные мы грешники – смеемся,Когда великий муж, служитель церквиИ верный наш слуга, окончил дни.
Барадас
Я не могу скрывать притворно радость:Он больше вас не будет прикрыватьСвоей зловещей тенью.
Людовик
Право, грустноНа свете жить.(Смотрит на небо.)Как день располагает…
Барадас
К тяжелым размышленьям?
Людовик(нетерпеливо)
Нет, к охоте.Давно такой погоды не стояло.А Ришелье скончался, и нельзяДо похорон охотою заняться.Да, грустно жить на свете; мадригалВчера я сочинил о скуке жизни.Ты не поешь! Как жаль – учиться надо;Вот Ришелье великий был мыслитель,А вовсе уха не имел. Ах, боже,Как с государством буду я справляться!Кругом раздоры, войны, РишельеПочти весь мир в свои опутал сети,Как рыбарь мифологии, Протей;Что без него теперь я стану делать?Незаменим великий человек!
Барадас
Так говорила ваша мать о немИ умерла в изгнаньи.
Людовик
Это правда,Я мать свою любил, и он ееНе пощадил.
Барадас
Он умер, что же делать!Ведь реки не текут назад: веснаСменяет зиму; если б ваша милостьУпала на меня, и я бы могВ лучах величья вашего сиять,Как Ришелье.
Людовик
Ты хвастаешь, любезный,А все признаться надо – иногдаОн слишком был жесток.
Орлеанский
Сравняться с нимВ жестокости один бы мог Нерон[12].
Барадас
Подобно Капитолью[13] – власть егоВоздвигнулась на черепах людских.
Людовик
Любезный граф, один я череп знаю,Который бы украсил это зданье,Когда б он жив остался. На тебяОн сильно стал коситься.
Барадас(встревожившись)
Я уверен,Что вы меня сумели б защитить.
Людовик
Так думаешь? Ты, может быть, и прав,Однако он имел особый дарВсегда уговорить и всем вертелПо-своему; все без него вернее…Меня зовут повсюду справедливымИ оправдать сумею это имя…Хоть умер Ришелье.
