Мой рот заглушает ее жарким поцелуем, который и меня самого сводит с ума. Я переворачиваю Бренну и, оказавшись сверху, трусь о нее нижней частью своего тела. На заднем сидении не так уж много места, но мне и этого хватит. Крепко прижимаясь своими губами к губам Бренны, я расстегиваю пуговицу на ее джинсах и стягиваю их вниз вместе с трусиками, чтобы добраться до теплого рая между ее ног.
Она начинает постанывать, когда подушечка моего большого пальца касается ее набухшего клитора.
– Как хорошо!
– Да?
– О, да!
Я продолжаю ласкать ее, дразня и исследуя. Плавно скользнув пальцем вниз, я ощущаю, какая она мокрая. Господи Иисусе. Мне больше жизни хочется оказаться внутри нее. Я чуть ли не плачу от осознания того, что сегодня этому не бывать. Окунув пальцы в ее сладкую влагу, я начинаю медленно массировать клитор.
Бренна поднимает бедра мне навстречу. Опираясь на локоть, я наблюдаю, как затуманивается ее взгляд.
– Мне нравится, когда ты такая, – шепчу я. – На спине, с раздвинутыми ногами.
Я снова целую ее, и она с жадностью засасывает в себя мой язык, вызвав низкий стон.
– И все-таки это плохая идея, – шепчет Бренна в ответ.
– Тогда скажи мне остановиться.
– Нет.
– Что – нет?
Бренна подталкивает себя под мою руку.
– Не останавливайся.
Я усмехаюсь в ее плечо и наклоняю голову, чтобы снова поиграть с ее сосками.
Она хрипло стонет.
–
Я улыбаюсь, отчетливо помня, что совсем недавно она божилась, что никогда и ни за что не переспит со мной. Но вот мы здесь, на заднем сидении машины, целуемся как сумасшедшие, и ее киска в моем распоряжении. Мой палец проскальзывает в нее и…
– Ох, черт! – сдавленно шепчу я, поднимая голову от ее грудей. – Ты такая узкая!
Неужели она так мало трахается? Или я просто делаю не те выводы? То, что она не спала с Маккарти, еще не значит, что она не спала с кем-то другим. Бренна сказала, что она избирательная, но не монашка.
И я ловлю себя на том, что мысленно благодарю бога за возможность пройти этот отбор. Пусть не сегодня, но завтра или на следующей неделе, да хоть через год! Я буду ждать столько, сколько потребуется. Так сильно я хочу ее.
Я ввожу еще один палец, и она еще сильнее сжимается вокруг меня. Там едва хватает места для двух пальцев.
– Поцелуй меня. – Бренна рывком опускает к себе мою голову, зарывшись пальцами в мои волосы, и ее язык находит мой.
В этом влажном поцелуе одно нетерпение. Она почти скачет на моих пальцах, издавая самые сексуальные звуки на свете. Я отстраняюсь, чтобы глотнуть воздуха.
– Ты кончишь для меня?
Бренна отвечает что-то неразборчивое.
Я усмехаюсь. Моя рука продолжает работать. Пальцы все мокрые. Я ввожу их глубже, вывожу и, согнув их прямо у ее щелочки, снова рывком проталкиваю вперед.
–
Ее тело пульсирует от оргазма. Бренна, прижимаясь ко мне губами, тихо вздыхает. Я поцелуем ловлю ее вздох и медленно убираю руку, чтобы она смогла прийти в себя.
Ее веки, затрепетав, поднимаются, и она улыбается мне.
– Хорошо было? – шепотом спрашиваю я.
– Очень хорошо, – довольно мурлычет она, потом снова вздыхает и прижимается ко мне, утыкаясь щекой в мою шею.
– Ну ни черта себе! Оказывается, ты любишь пообниматься после секса, – шутливо упрекаю я ее.
– Нет, – отвечает Бренна куда-то в мою грудь.
– Любишь-любишь.
Она легонько кусает меня за горло.
– Только никому не говори!
– Почему? Боишься, что это разрушит твою репутацию?
– Да! Я плохая девочка, Джейки. Я не люблю все эти обнимашки.
– А что такого? Это же здорово.
Я провожу пальцами сквозь ее шелковистые волосы. Мой член все еще подергивается, и на это нельзя не обратить внимание.
Бренна поднимает голову, в ее глазах танцуют дьявольские огоньки.
– О, кто-то перевозбудился!
Ее рука протискивается между нашими телами и опускается прямо на выпуклость в моих джинсах. Я толкаюсь в ее руку.
– И что нам с этим делать… – Она выжидающе умолкает.
– Что угодно, – хрипло отвечаю я. – Можешь делать со мной все, что захочешь.
– Все, значит?
– Все! – Мой голос звучит сдавленно. – Но прошу, сделай уже хоть
Ее пальчик дразнящими движениями скользит вверх-вниз по моей ширинке, а затем начинает играть с маленьким металлическим бегунком. Я почти перестаю дышать. Мое сердце колотится, словно сумасшедшее. Я как будто только что откатал пятиминутную смену. При игре в меньшинстве.
Пульс стучит у меня в ушах, а мое тело требует разрядки. Я хочу, чтобы Бренна Дженсен взяла его в рот, в руку, поцеловала его. Мне плевать,
Я набираюсь терпения, но все мои мышцы онемели, напряглись от предвкушения, что она будет делать со мной дальше.
Но как только Бренна собирается расстегнуть мои штаны, звонит телефон.
Она тихо ругается.
– Мне нужно ответить.
– Не надо, – бормочу я.
Бренна садится.
