Иезавели, недаром это предрекала еще матушка, заставшая ее в ванной с Кении Мартином, но Тиффани твердо решила плевать на все, что думает о ней старая, истрепанная шиза, называющая себя ее матерью. Она знала, в чем кроются ее истинные таланты, и всем сердцем верила, что упорным трудом можно многого достичь. Кто знает? Может, к тому времени, когда ей исполнится тридцать, а до этого еще двенадцать долгих годочков, она даже станет миллионершей вроде знаменитой мадам Хайди Флейш, которую Тиффани считала своей героиней и примером для подражания, познакомится со всеми кинозвездами. Уж они наверняка обращались с Хайди как со знаменитостью и, после того как перепихнутся, водили поужинать в модные шикарные рестораны.
Тиффани снова припомнила ту счастливую минуту, когда на нее снизошло озарение (значение последнего слова она посмотрела в словаре, прочитав статью в журнале «Мадемуазель»). Как-то Тиффани сидела в салоне причесок «Сьюзи», дожидаясь, когда ее и без того сожженные, неестественно светлые, закрученные мелким бесом волосы подвергнут очередному издевательству, именуемому химической завивкой. Позже, стараясь отвлечься от нестерпимого жжения в зудящей голове, она схватилась за журнал и стала читать первую попавшуюся заметку. Кричащие буквы заголовка ударили по глазам: «Осознай собственные достоинства».
Смысл был более чем ясен. Займись тем, что тебе лучше всего удается. Измени то, что не нравится в себе. И воспользуйся своими ценными качествами для того, чтобы достичь желаемого. Но самое главное, стремись развивать свои способности.
Тиффани запомнила каждое слово едва не наизусть и по сей день не расставалась с украденным журналом, всегда лежавшим в ее дорогой кожаной сумке, тоже приобретенной не совсем честным путем. Там же мирно покоился и мобильный телефон, за который Тиффани отдала безумную кучу денег, аж двести долларов. Зато теперь можно целых три месяца звонить бесплатно из любой точки Соединенных Штатов.
Тиффани самонадеянно считала, что в ней погибает гениальный экстрасенс, а прочтя статью, и вовсе вообразила, что судьба предназначила ее для великих дел. Ничего, ждать уже недолго.
Все начнется через два дня, после того как она вселится в «Холидом». Правда, номер в мотеле не совсем ей по карману, но дело того стоит. «Холидом» располагается как раз через дорогу от кабинета доктора, и ей не придется долго добираться к себе после операции.
Покупка мобильного телефона нанесла немалый удар по ее сбережениям. Но ничего не поделаешь, недавно Тиффани увидела снимок Хайди Флейш с трубкой в руках и поняла, что каждой девушке необходимо иметь такую удобную вещь, если эта самая девушка высоко метит. Зато теперь ей не хватало ровно двухсот долларов до кругленькой суммы в две четыреста, которую запросил доктор. Придется постараться, если она действительно хочет иметь классные титьки!
Тиффани носила все свои богатства с собой, не рискуя спрятать их в трейлере, где ее отчим в два счета унюхает заначку своим красным, дважды сломанным шнобелем типичного алконавта, и тогда всему конец. Он развернется на всю катушку и закончит гулянку, как обычно, в каталажке. А если он и не найдет деньги, от матери не скроешься. Она вечно шарит в вещах Тиффани, разыскивая все новые неопровержимые доказательства того, что дочь по-прежнему остается потаскухой. Она наверняка посчитает своей святой обязанностью пожертвовать «капусту» этому импотенту-проповеднику, который каждый день истерически визжит о Страшном суде с телевизионного экрана. Ну уж нет! Тиффани не станет бросать на ветер заработанные кровью и потом денежки, которым предназначено изменить ее будущее. Все при ней, и наличными. Она разделила стопку надвое и запрятала в чашечки лифчика первого размера, купленного по рекламному объявлению. Изготовители клялись, что лифчик творит чудеса с плоскогрудыми фигурами, но чудес, как известно, не бывает, в чем Тиффани и убедилась на собственном опыте А вот новая грудь сразу сделает ее настоящей красавицей, в этом Тиффани была уверена.
Добивайся своего и меняй все что можно – вот залог успеха. И, как все восемнадцатилетние девушки, Тиффани уносилась грезами в самое поднебесье. Она всегда была целеустремленной, и большая грудь была немаловажной частью ее планов. Она не говорила никому, даже лучшей подруге Лу-энн, что самой заветной ее мечтой было попасть на разворот журнала «Плейбой». «Пентхаус» был сортом пониже, как и «Хаслер», но она была согласна и на них. Все мужчины в Шугар-Крике читали эти журналы, то есть не совсем читали. Брали с собой в ванную, чтобы погонять шкурку, глазея на фотографии голых баб. Ничего, у них зенки вылезут из орбит, когда они увидят Тиффани во всем ее обнаженном великолепии, лукаво глядящую на них со снимка, на котором будут гордо красоваться ее груди четвертого размера.
