Рискованное приключение полностью

Я посмотрела на часы на приборной панели арендованной машины, а затем снова на снег.

Я уже на двадцать минут опаздывала на встречу с управляющим. Я беспокоилась не только потому, что опаздывала, но и потому, что, когда я наконец доберусь до места, ему придется ехать домой в такую метель. Ситуация на дороге ухудшалась с каждой секундой, водяная пленка в некоторых местах превратилась в черный лед, а в других — покрылась снегом. Оставалось надеяться, что управляющий живет недалеко от коттеджа.

Опять же, возможно, он привык к такой погоде, раз уж живет в маленьком горном городке в Колорадо. Возможно, для него это пустяки.

Но меня такая погода пугала до чертиков.

Я поборола желание взглянуть на указания, которые выучила в самолете (а если быть точнее, то еще до того, как села в самолет) и которые лежали рядом с моей сумочкой на пассажирском сиденье. Было непонятно, далеко ли еще до места, и что еще хуже, я тащилась со скорость вполовину меньше разрешенной.

Это не считая усталости от смены часовых поясов и от того, что последние семнадцать часов я провела в дороге, в самолете и в продуктовом магазине.

И не считая того, что вчера (или позавчера — никак не понять из-за смены часовых поясов) у меня в носу возникло то непонятное ощущение, которое говорит о приближении простуды или еще чего похуже, и оно никак не проходило.

Не говоря уже о том, что наступила ночь, а с ней пришла снежная буря, которая усиливалась с каждым мгновением. Все началось с небольшого снега, а теперь я видела едва ли на пять футов вперед. Перед вылетом я смотрела прогноз погоды — предполагалось, что следующие несколько дней небо будет ясным. Скоро апрель, до него осталось два дня. Откуда могло взяться столько снега?

Интересно, что думает Найлс. Хотя он, наверное, ничего не думает, потому что, скорее всего, спит. С другой стороны, если бы он отправился в путешествие в одиночку или даже с друзьями (что вряд ли, потому что друзей у Найлса немного), я бы не спала. Я бы волновалась и беспокоилась, добрался ли он до места назначения целым и невредимым. Особенно, если бы у него в носу были такие же ощущения, как у меня, о чем я ему рассказала перед отъездом.

Надо признаться, что он не говорил мне позвонить, когда я доберусь до коттеджа целой и невредимой. Он вообще мало что говорил, даже когда я сказала, что, перед тем как мы выберем церковь и назначим дату свадьбы, мне нужен двухнедельный перерыв. Подумать о наших отношениях и о нашем будущем. Собраться с мыслями. Устроить небольшое приключение, немного встряхнуть свою жизнь, вымести паутину, затянувшую (с каждым днем все больше и больше) мою голову и все остальные грани моей скучной, спокойной, предсказуемой жизни.

И еще надо признаться, что вне зависимости от того, куда я ехала и чем занималась, кажется, Найлса не волновало, доберусь ли я туда целой и невредимой. Он не звонил, даже если я уезжала в командировку и меня не было несколько дней. А когда звонила я, он, кажется, не обращал на это внимания. А в последнее время (я пару раз проверяла), когда я не звонила и спокойно возвращалась домой, иногда на несколько дней позже, он не обращал внимания и на то, что я не звонила.

Неприятное течение моих мыслей изменилось, когда я заметила нужный поворот. Я обрадовалась: значит, я уже близко, осталось совсем немного. Если бы ночь была ясной, то, судя по указаниям, я бы доехала за пять минут. Я аккуратно повернула направо и сосредоточилась на все ухудшающейся видимости. Поворот налево, потом еще раз направо и сразу в горку, на которую, по моим опасениям, моя машинка могла не забраться. Но тут я увидела его, словно сияющий маяк, который зажгли специально для меня.

Дом в форме буквы «А», в точности такой, каким он выглядел в интернете, за исключением сосен вокруг, гор на заднем плане и яркого солнца. Конечно, все это (кроме солнца ночью), наверное, тоже было, просто я не могла видеть.

Он прекрасен.

— Давай, детка, давай, ты сможешь, — проворковала я машине. Мысль о том, что мое путешествие подходит к концу, наполнила меня облегчением. Я наклонилась вперед, словно пытаясь придать машине ускорения, чтобы преодолеть подъем.

Удача запоздало улыбнулась мне (и машине), так что мы добрались до почтового ящика с наполовину засыпанной снегом надписью «Максвелл». Ящик означал начало подъездной дорожки, ведущей к фасаду дома. Я снова повернула направо и аккуратно подъехала к джипу «Чероки», припаркованному перед домом.

— Слава Богу, — прошептала я, остановила машину и поставила ее на ручник. Мой мозг тут же перешел к следующему пункту.

Встретиться с управляющим, получить ключи и указания.