К моим ногам подкатилась пустая бутылка, на которой тем же маркером было написано: «Конь. Белый». Полные бутылки, похоже, были чёрными фигурами.
— Вы как сюда зашли, скоты? — хмуро спросил я, подходя ближе и пиная Ромку по ноге. Он поднял на меня затуманенный взгляд, опознал и расплылся в пьяной улыбке.
— Дима, здесь открыто было, — сообщил он мне громким шёпотом. — Такая классная комната. Мне здесь ещё лучше, чем в моей комнате.
— Да неужели, — я только зубами скрипнул и принялся исследовать комнату дальше, чтобы понять, что ещё эти бараны натворили.
Пока Эд хватался за сердце и пытался выдавить из себя что-нибудь членораздельное, я подошёл к неопрятной куче, лежащей на одном из лучей пентаграммы.
— Что это за мерзость? — спросил я, пошевелив ногой тушку какого-то низшего демона.
— Да эта хрень здесь завывала. На нервы действовала и играть мешала, — заявил Гаранин, пытающийся в этот момент встать на ноги. Получалось у него плохо. Судя по тому, что комплект «белых шахмат» был полный, надрались они весьма основательно. — Вот я его и… того…
— Рома, это был демон, — медленно произнёс я.
— Да какая разница? — ему удалось встать на ноги, и он принялся осматриваться по сторонам. — Кис-кис-кис, ну куда ты залезла?
— Мяу, — откуда-то из угла комнаты выползла взъерошенная кошка, которую этот кретин забрал из ресторана. Бедная, натерпелась она здесь.
— Ты что, в Тёмную ритуальную комнату кошку притащил⁈ — Эд так заорал, что у меня уши заложило, а Гаранин сунул кошку под мышку и с невозмутимым видом направился к выходу.
Возле Эдуарда он затормозил и долго его разглядывал, покачиваясь с пяток на носки. Кошка рвалась у него из рук, то ли чтобы сбежать, то ли чтобы броситься в морду Великому Князю, я так и не понял. Наконец, Рома глубокомысленно вздохнул и повернулся к сидящему на полу в некоторой прострации Лео.
— Слушай, а ты не знаешь, почему здесь целых две Вероники, и обе на меня орут? Ни разу не видел портрета, где она мальчиком одевается. Ей, кстати, не идёт, — Гаранин покачал головой и двинулся из комнаты.
На этот раз замолчали все, включая кошку. А глаза у Эда так расширились… Я, если честно, никогда не думал, что они могут быть вот такого размера, на пол-лица, реально.
В это время очухался Леопольд. Он долго смотрел в спину уходящему дружку, потом перевёл затуманенный взгляд на Эда и произнёс хриплым голосом:
— Это что сейчас было?
— Вы зачем моего демона убили, скоты? — излишне мягко проворковал немного пришедший в себя Эдуард, делая шаг в сторону Демидова.
— А я-то откуда знаю? — Лео встал. Стоял на ногах он довольно устойчиво, видимо, присутствие Тьмы слегка его протрезвило. — Это Ромка сказал, что ему эта тварь мешает сосредоточиться.
— Вы хоть представляете, идиоты, как сложно мне было поймать его? — Эд подошёл к пятившемуся Лео почти вплотную. — Даже у мелких низших демонов больше мозгов, чем у вас двоих, и они не рвутся откликаться на зов Лазарева.
— Кстати, об этом демоне, — я кашлянул, чтобы привлечь его внимание. — Зачем он тебе был нужен, и почему ты держал его дома?
— Я держал его в высокоуровневой ловушке, — огрызнулся Эд. — И я наконец-то понял, что Вовка для создания белки-бобра использовал как раз такого вот демона. Не поверишь, но я спать не могу нормально, постоянно пытаюсь понять, что делал мой брат, и воссоздать этот абстрактный кошмар.
— Зачем? — я присел и попытался пальцем оттереть маркер с пола. Бесполезно, здесь понадобится растворитель и несколько часов времени.
Я перевёл взгляд на предмет, валяющийся на полу, и взял в руки перстень с мордой волка. Да уж, от этой поделки сейчас даже меня в дрожь бросает, насколько она была напитана первозданной Тёмной энергией. А вот то, что этот пьяный осёл зачем-то его снял и, уходя, оставил в комнате, заставило скрипнуть зубами и сжать артефакт в кулаке.
— Не спрашивай, — махнул рукой Эд и быстро встал на пути у направившегося к выходу Демидова. — А ты куда собрался? Нет-нет-нет, Лео, ты никуда не пойдёшь, пока не приведёшь комнату в приличный вид. Тряпками и водой я тебя, так уж и быть, обеспечу.
— Что? — пока Демидов пытался сообразить, что от него хочет Эдуард, я вышел из комнаты. Нужно было найти Ромку и желательно пинками загнать в его комнату, пока его никуда не понесло. Ну а утром, я, скорее всего, передам его Рокотову, и Ваня, по крайней мере, приведёт Ромку в форму.
Поднявшись по лестнице, я столкнулся в холле с Мариной. На ней было надето что-то полупрозрачное и очень возбуждающее, но вот плотно сжатые губы не давали мне надежды избежать скандала.
— Ты почему не спишь? — я обнял её за талию, притянул к себе и поцеловал в лоб.
— Наверное, потому, что мой жених где-то заблудился, зато в доме полно посторонних пьяных мужчин? — спросила она, отстранившись. — Тебе не кажется, что это уже немного чересчур?
— Здесь нет посторонних, — я покачал головой. — Демидова уже даже Николай не называет посторонним, настолько он здесь прижился. А Рома — член семьи. Младший родственник. Уже кого-кого, а их тебе не стоит опасаться.
