Но Ромы в кабинете не было, и я решил разобраться с этим феноменом попозже. Сейчас же, отвесив кучу комплиментов этой странной Ромкиной секретарше, я переместился к его дому.
В просторной гостиной сидел Егор и напряжённо смотрел на дверь. Увидев меня, он выдохнул и немного расслабился.
— А ты чего так рано? — спросил он, беря отставленную чашку с кофе. Я же удивлённо смотрел на сидящую возле него Соню. Она сидела, обвившись своим жутким хвостом, как фарфоровая статуэтка, и всем своим видом показывала, какая она приличная кошечка и что её, по всей видимости, не нужно выгонять на улицу под мост. Она даже позволила себе кокетливый бантик на шею повязать.
— Однако, — протянул я, подходя к столику и беря в руки кофейник. В нём было достаточно кофе, и я плеснул себе, чувствуя, что меня начинает клонить в сон. — Мой день начался очень рано. Я ищу этого барана, и, судя по всему, здесь он не появлялся.
— Дим, если Рома знает, что ты его ищешь, этот дом будет последним местом, в котором он появится, — сказал Егор и сдёрнул с шеи заметно расслабившейся Сони бантик. — Ты сейчас сразу на работу?
— Нет, — я покачал головой и зевнул. — Домой заскочу. Попробую ещё одно воспоминание у Ванды очистить и разблокировать. А потом да, на работу. Будем думать, как меня внедрить к Клещёву, учитывая, что он, скорее всего, знает моё к себе отношение.
— Это будет сложно, но мы что-нибудь придумаем, — Егор показал супницу, стоящую на столе. — Сделай на ней общую гравировку Семьи, будь другом. Я вроде похожую на каком-то аукционе нашёл, из наборов того периода. Она, конечно, мне в копеечку обошлась, но всё равно не в такую, как ваша посудина.
— Без проблем, — я пожал плечами, призвал дар и отпустил заклятье клеймения. Не свою личную печать, а общую, для всякого ширпотреба, которая используется для маркировки вещей, принадлежащих Семье, но не являющихся артефактами. — Можешь её продать.
— А потом на эти деньги купить такую же? — Егор покачал головой и пошёл ставить супницу на место, вместо разбитой Соней. — Нет уж, спасибо за совет. Иди уже к нашей страдалице. Да, я тут ей немного вещей собрал. Наверное, пока лечение не дало результатов, Ванде пока лучше здесь не появляться.
— Это точно, — и я залпом допил кофе, подхватил сумку и пошёл к двери. На этот раз я решил пройтись до дома пешком, надеясь, что холодный утренний воздух хоть немного разгонит сонную одурь.
— Где он? — Ольга подняла голову от бумаг и с удивлением посмотрела на стоящую перед её столом девушку.
Оля сразу же узнала её. Вот только в прошлый раз она была напряжена, и её серые глаза были полны беспокойства и страха. Теперь же Ванда смотрела на неё слегка раздражённо и абсолютно равнодушно. Словно ей не нравилось то, что она сейчас делает, но и послать того, кто ей дал это поручение по какой-то причине не может.
— Вашего отца здесь нет, — ответила Ольга, мило улыбнувшись.
— При чём здесь мой отец? — Ванда нахмурилась. — Где Гаранин?
— Вчера вечером он был в Самаре. Где Роман Георгиевич находится сейчас, я не знаю, — Оля продолжала улыбаться, ничем не демонстрируя своего недовольства.
— Где его расписание? — немного подумав, спросила Ванда. — У него обязательно должно быть расписание. Пусть он и бегает от Димы, но важные встречи отменить без уважительной причины не сможет. Где оно? — и Вишневецкая требовательно протянула руку.
— А на каком основании вы его требуете? — Ольга прищурилась. — Если это запрос Службы Безопасности, то предъявите ордер, и я с удовольствием отдам вам расписание Романа Георгиевича.
— Я здесь не как сотрудник Службы Безопасности, — раздражение в голосе Ванды усилилось. Она посмотрела на эту куклу, которую держал в своей приёмной Гаранин, и поморщилась. Наверняка же она не только его корреспонденцией и расписанием занимается. Она отмахнулась от этой мысли, не понимая, почему она вызвала ещё большее раздражение, чем её нахождение в Гильдии.
— Как частному лицу, я тем более не могу предоставить вам расписание Романа Георгиевича, — и Ольга улыбнулась ещё приторней.
— Ладно, пойдём долгим путём, — пробормотала Ванда, доставая телефон. — Дима, у нас проблема. Секретарша Гаранина не хочет отдавать мне его расписание на день. Я, конечно, могу забрать его силой, но у меня нет полномочий. В этом случае ты меня будешь вытаскивать из полиции? Да, я поняла. И, Дима, когда меня допустят к работе?
Ольга старательно прислушивалась к разговору, но расслышать ничего не удавалось. К тому же Вишневецкая отвернулась и прикрыла телефон рукой. Интересно, какому Диме она звонит? Ванда тем временем повернулась к Ольге, весьма демонстративным движением нажала на кнопку громкой связи и положила телефон на стол, а затем громко произнесла:
— Говори, она тебя слышит.
— Оля, доброе утро, — по приёмной разнёсся голос Дмитрия Наумова, и Ольга распахнула глаза.
— Здравствуйте, Дмитрий Александрович, — пискнула она, соображая, каким образом сможет защитить расписание Романа от главы его Рода. На ум ничего не приходило, и она начала готовить себя к тому, что придётся смириться.
