— Просочились? Они облетели весь мир. У меня на столе лежат утренние новости Арансии. Цитирую: «Наследный принц Винченцо Ди Лаурентис женится на своей подданной и суррогатной матери своего ребенка Эбигейл Сандерсон Лоретто в королевской часовне в присутствии лишь ближайших родственников.
Вопрос, наследует ли принц корону, до сих пор обсуждается в парламенте. Двадцативосьмилетняя гражданка Америки, родом из Род-Айленда, получила гражданство Арансии шесть лет назад. На данный момент является адвокатом в „Фаустино, Руггери, Дуомо и Тонелли". Ее отец, Карло Антонио Лоретто, коренной житель Арансии, служивший в посольстве страны в Вашингтоне, округ Колумбия, сейчас является начальником охраны в королевском дворце. Его жена, Холли Сандерсон Лоретто, трагически погибла во время шторма на Средиземном море одиннадцать лет назад. Принц Максимилиано Джулио Кавелли Ди Лаурентис, сын погибшей принцессы Михелины Агостино Кавелли из королевства Гемелли, — второй в линии наследования короны. Пресс-секретарь сообщает, что жена принца Винченцо и его сын в полном здравии».
Эбби сжала трубку.
— День, который мы обсуждали около года назад с Михелиной и Винченцо, должен был наступить. Но я не думала, что она погибнет. — Ее голос дрогнул, и на глазах выступили слезы.
— Я знаю, что это тяжело, Эбби, но ты должна радоваться тому, что они не препарировали ваши отношения. В газете представлены лишь факты и никаких суждений. Надо сказать, я поражена.
— Все потому, что издатель давно дружит с королем. Меня трясет от мысли, что написали в других газетах.
— Я пока прочитала лишь одну историю в журнале. Ты помнишь, после смерти Михелины они писали: «Мечта всех женщин, принц Винченцо в печали и скорби»?
— Да. — Вряд ли она могла бы это забыть.
— Теперь они написали вот что: «По всему миру принцессы оплакивают брак принца с красавицей-американкой».
— Думаю, они написали бы так и обо мне, если бы он решил жениться на принцессе Одиль.
— Но он этого не сделал! — воскликнула Каролена. — Послушай еще. «Энрико Роццо, сотрудник береговой охраны, ставший свидетелем ужасной смерти Холли Лоретто, матери семнадцатилетней Эбигейл Лоретто, рассказывает: „Принц Винченцо, не жалея собственной жизни, отправился на поиски синьорины Лоретто, несмотря на жуткий шторм. Он нашел ее тело в гроте и привел девушку в чувство. Его храбрость, умения и быстрое мышление навсегда останутся у нас в памяти"».
Эбби замерла.
— Как они узнали об этой истории?
— А как они узнают обо всем? Это отличная рекомендация твоему мужу. Подданные его очень любят. — Я знаю.
«А я — больше всех», — подумала Эбби. Слезы блестели на ее глазах. Она все еще была удивлена, как давно Винченцо влюблен в нее.
— Подумай только, он женился на тебе, хотя и рисковал потерять корону. Вспомни Елену Прекрасную!
Эбби начала сердиться, но все равно усмехнулась:
— Уймись же ты.
— Я всегда считала, что ты самая романтичная девушка из всех, мне знакомых. После того, что ты прошла, чтобы родить ребенка, ты заслуживаешь счастливого завершения истории.
— Сейчас я выгляжу не очень романтично. — Эбби вытерла глаза. — Когда я была у врача вчера, он сказал, что я набрала семь килограммов лишнего веса. Я не влезу в свое желтое платье еще как минимум два месяца! Я выгляжу, как альбатрос!
Ответом ей был смех подруги.
— Восхитительный альбатрос, — прошептал Винченцо, обнимая девушку сзади.
Она не слышала, как он вошел. Он был в халате. От его прикосновений Эбби едва могла дышать, не то что думать.
— Каролена, прости меня, пожалуйста. Мне надо идти. Я позвоню тебе, ладно? Тебе надо приехать во дворец посмотреть на малыша.
— С нетерпением жду!
Принц целовал ее в шею, и Эбби с трудом говорила:
— Твое время придет.
— Когда на горе рак свистнет.
— Не говори глупостей!
— A presto.
Как только Эбби закончила разговор, Винченцо взял телефон и закинул его в кресло. Он повернул девушку к себе и обнял ее.
— Ты знаешь, как это чудесно — зайти в любую комнату, днем или ночью, и знать, что я могу делать с тобой все, что захочу?
Эбби зарылась лицом в его волосы.
— Я узнала это вчера, когда ты привез меня домой после врача. — Жар разлился по ее телу при воспоминании о том, как они занимались любовью. Она отдавалась ему с такой страстью, что это было бы неловко, не будь Винченцо так ненасытен. Они кричали друг другу о своей любви снова и снова. Это была полная наслаждения ночь.
— Я сказал няне, что мы приглядим за малышом ночью, но ближайшие восемь часов ничто не побеспокоит нас.
— У нас есть восемь часов? — Ее голос дрогнул.
Улыбка принца была почти дьявольской. Он с силой растирал руки Эбби.
— Что случилось? Это наш медовый месяц. Или ты уже боишься оставаться со мной наедине?
— Может быть.
— Innаmоrа…[13]
— Он выглядел подавленно. — Но почему?
Эбби попыталась отстраниться от принца, но он не пускал ее.
— Думаю, все потому, что новость о нас наконец-то разлетелась по всей стране. Я не хочу, чтобы ты жалел о том, что женишься на мне. Что, если в парламенте решат, что тебе нельзя наследовать корону? Все это из-за меня.
Принц тяжело вздохнул.
