Щеки её запылали от горячих воспоминаний. Ночи их превращались в омуты страсти, и Дженни было неудобно даже думать о том, что вытворяли они в ночной тьме.
— Разве это жертвенность? — сказала она, — мне самой нетерпится ехать в Лондон и увидеть, как вас будут чествовать за великое открытие!
Он рассмеялся.
— Давайте тогда завтра и начнём свой путь. Отправимся сначала в Ливерпуль, потом сразу в Лондон.
Видя, как сияют его глаза, Дженнифер действительно мечтала о Лондоне. И о том, что она станет не просто виконтессой Сидал, а женой известного человека, научившего свет рисовать на бумаге не хуже карандаша.
…
Дом в Ливерпуле был закрыт. Лорд Лукас имел при себе ключ, и ворота распахнулись перед ним, а следом и железная дверь на высоком крыльце.
Дверь скрипнула, когда они вошли. Вдруг залаяла какая-то мелкая собачка, и они увидели ее, выскочившую откуда-то из глубины дома. Пятнистая дворняжка лаяла на незнакомых ей людей, но близко не подходила.
— Лисси, нельзя! — услышали они, и следом за собачкой вышел пожилой лакей, слепой и сгорбленный.
— Я — виконт Сидал, — сказал лорд Лукас, — сэр Алекс должен был дать вам знать о моем приезде.
Старик закивал, потом поклонился, сделав широкий приглашающий жест рукой.
— Да, милорд. Сэр Алекс говорил, что вы приедете и что у вас свой ключ. Вы можете располагаться в этом доме. Прислугу для вас и вашей леди я приглашу уже завтра.
— Должен был прибыть большой сундук на моей имя, — лорд Лукас сбросил на руки лакею свой плащ и отдал цилиндр.
Лакей покачал головой.
— Нет, сундука не было.
Лорд Лукас и Дженнифер переглянулись.
— Может быть, он пришлёт его позже, — сказала она.
Но судя по взгляду лорда Лукаса, оптимизм её был неуместен. Дженни почувствовала, что что-то идёт не так.
— А сэр Алекс писал что-то про сундук? — спросил он холодно, как говорил, когда ему что-то не нравилось и он замыкался в себе.
— Нет, сэр. Он ничего не писал.
Повисло молчание. Лорд Лукас смотрел в пол, видимо думая не о самых приятных вещах. Через некоторое время он будто очнулся, взглянул на Дженнифер и приказал лакею:
— Подайте чаю и какой-нибудь еды. Леди Дженнифер голодна.
В небольшой гостиной, когда чай уже был подан, и на столе стояли холодные закуски и лежали тосты, Дженни рискнула снова обратиться к лорду Лукасу.
— Что мы будем делать теперь? — спросила она, — ждать, когда приедет сундук? Или самого сэра Алекса?
Выражение лица лорда Лукаса стало скептическим.
— Я размышлял о таком варианте, и доверился сэру Алексу только потому, что у меня не было выбора. Но, вероятно, я ошибся. Нельзя плохо думать о людях, поэтому дадим ему шанс.
— Что вы имеете в виду? — спросила Дженни, ставя на блюдце чашечку с горячим чаем.
Лорд Лукас снова скривил рот в усмешке.
— Я думаю, что сэр Алекс не устоял перед искушением и уже едет в Лондон с моим сундуком. Нельзя требовать от человека так много, — он вздохнул и взял тост, — человек слаб и не всегда может устоять перед искушением.
Дженни вскрикнула.
— И что же нам делать теперь? — голос её задрожал.
Он поднял брови.
— Дадим ему время до конца недели. И если сундук тут не появится, придётся мне самому ехать в замок и искать и сэра Алекса, и сундук.
— А это не опасно? — Дженни прижалась к лорду Лукасу и смотрела на возвыщающийся над нею замок так, будто он готов был снова превратиться в самую настоящую тюрьму.
Они ехали в двуколке по горной дороге, а вокруг все цвело и зеленело. Свежие листья, только что раскрывшиеся, блестели на солнце, а разноцветье цветов радовало глаз.
Вот и решетка ворот, так хорошо знакомая ей. Ворота распахнулись им навстречу, и двуколка въехала во двор, где их явно не ждали. Дженни подняла голову и увидела, как люди в замке приникли к окнам, а потом отпрянули, будто увидели привидения.
— Не опасно, — лорд Лукас соскочил на землю, подавая Дженнифер руку, чтобы помочь ей спуститься, — Ирен написала, что отца нет. А ей можно верить.
Дженни вспыхнула.
— В том-то и дело, что нельзя! Миссис Хамфри пыталась отравить меня!
Лорд Лукас подал ей руку и повёл к дверям, как законную супругу, которой она и была. Сейчас он представит её слугам, будто они не видели её ещё несколько недель назад, как леди Дженнифер, виконтессу Сидал.
Замок забурлил, двери то и дело открывались, и было понятно, что там, внутри, все бегают и суетятся.
— Ирен хотела вас отравить, когда думала, что вы сами желаете выйти за моего отца. Когда же она узнала, что мы с вами планируем пожениться, то стала помогать нам. Поверьте, Дженни, я знаю, что говорю. Ирен — единственная, кому тут вообще можно верить. Быть на нашей стороне — сугубо в её интересах.
Дженнифер не успела ответить. Она хотела сказать, что больше никогда не поверит этой женщине, но тут двери распахнулись, и навстречу им вышли слуги, которые делали вид, что впервые видят Дженнифер, и каждый кланялся ей отдельно, когда лорд Лукас представил ее, как свою жену.