— Но долг остался. Если я знаю хоть что-то о твоем отце — и его дочери — то не поверю, что долг заберет хоть одна сила на земле, — он снова сжал мое плечо и вытер слезы с моих щек пальцев в перчатке. — А пока что, Мурасаки, почему бы не оставить долг, ножи и самураев ненадолго? Лазай.
Я кивнула и улыбнулась ему, хотя не хотела этого.
— Спасибо, Масугу-сан. Возвращайтесь скорее.
— Как только смогу, Мурасаки-сан. Береги себя.
Лейтенант повел Иназуму к вратам, а я залезла на нижние ветки большой тсуги, что росла с восточной стороны от большого зала.
Я села на большой ветке и махала Масугу, когда он забрался на коня и поехал по дороге. И тут пришел призрак Фуюдори.
Не сам призрак. Хоть дух беловолосой девушки был в ярости, мы провели нужные ритуалы для нее. Ее тело сожгли, пепел закопали в ледяной земле за обителью. Мы оставляли в столовой миску риса и чашку сакэ. (Они были маленькими, но она и этого не заслужила.) Никто не произносил ее имени. И сорок девять дней прошло, ее дух уже ушел в другой мир.
Но, сидя на ветке и чувствуя, как ветер треплет мои волосы, я не могла не вспомнить, как сидела тут и смотрела, как она лезет ко мне. Желая убить.
Я глубоко вдохнула и постаралась не думать о ней.
Масугу-сана уже почти не было видно, он уходил за утес по дороге, что вела на запад к императорскому городу.
Я помахала снова, хотя он точно этого не видел.
На дереве было приятно. Ветер был приятным. Гора за долиной была все еще в снегу, но ниже была зеленой, живая зелень перемежалась вспышками серебра, где ручьи несли талый снег в долину.
Вершина утеса тоже была зеленой. Свежие побеги заменили мертвую траву. Белые полевые цветы усеивали долину.
Я осталась там до конца урока. Немного спокойствия.
— Ты будешь сидеть там весь день, Мышка-чан, или твой хвостик пойдет за нами на кухню делать ужин? — Тоуми выглянула из-за угла большого зала.
— Видно что-то интересное? — спросила Эми. Она тоже хмурилась, но она так делала всегда.
— Я махала на прощание лейтенанту.
— О, он ушел? — Эми нахмурилась сильнее.
Тоуми фыркнула.
— Хватит. Нам пришлось резать тупую свинью. Тебе ее разделывать.
Я побелела, а Эми сказала.
— Убивать проще. Так мы даже спасли животное.
— Знаю, — прошептала я.
— Так почему ты ее не убила, бака? — прорычала Тоуми.
— Я не смогла…
— Что? — девушки пошли ко мне.
Я закрыла глаза.
— Не могу не думать о том… чей дух живет в свинье.
— Ты… Что? — раскрыла рот Тоуми.
— Я не могла подумать, что… там может быть… Не знаю. Фуюдори. Отец.
— О, — сказала Эми.
Тоуми издала резкий смешок.
— Невероятно! Ты убивала куриц и зайцев. Ты будешь бояться раздавить отца, когда наступишь на муравьев?
Я снова побледнела.
— Я… теперь буду!
— Бака-яро! — Тоуми издала смешок и покачала головой. — Спускайся, Мышка. Будем резать твоего папу.
— Тоуми! — прошептала Эми.
Я вдохнула, пытаясь взять себя в руки, пытаясь найти снова тихое спокойствие, и посмотрела на бело-зеленый пейзаж.
Из-за края утеса, где исчез Масугу-сан, поднималась волна тумана. Волна вертикальных линий со стальными наконечниками. Копья. Десятки. На синих флагах был мон с листьями имбиря Матсудаиры.
— Эм, девчата? — они посмотрели на меня. Теперь кровь шумела в моих ушах. — Думаю, на нас напали.
Глоссарий
— чан — ребенок
— ко — окончание женского имени или клички
— сама — миледи или милорд
— сан — сэр или мадам
— семпай — старший ученик
Бака-яро — полный идиот
Дайкон — большой белый редис
Го — китайская игра в стратегию
Хай — да
Ханьяк — корейское название целебных трав
Хирагана — фонетическое обозначение иностранных слов или для усиления (как курсив)
Ичи — один
Джизо-босатсу — буддийский святой (бодхисатва) потерянных детей, часто изображается с пустым лицом и большими рукавами, которыми он защищает детей
Катакана — используется для написания почти всех слов
Катана — длинный изогнутый меч самурая
Кандзи — китайские иероглифы, больше трех тысяч, используются в японском письме
Кимчи — корейская квашеная капуста (часто острая)
Кицунэ — зловредный дух-лис с девятью хвостами
Ку или Кью — девять
Кумихо — корейский вариант кицунэ
Куноичи — «девять в одном», особые женщины
Мико — жрицы храма, девушки, что помогают на фестивалях и церемониях синто
Мизутаки — горячее блюдо из рыбы, курицы и другого мяса
Мочизуки — «полная луна», клан покойного мужа леди Чийомэ
Могуса — полынь; из нее делают пилюли, поджигают (этот край не у кожи) как возбуждающее средство, а еще так празднуют совершеннолетие детей на фестивале Нового года
Мон — знамя благородного дома (как герб в Европе)
Мукаши, мукаши — давным-давно (традиционное начало японских сказок)
Но — из, в
Ото-сан — отец Ока-сан — мама
Рисуко — Белка (имя девушки или кличка)
Сямисен — длинный пятиструнный иструмент, похожий на гитару или банджо
Сенсей — учитель
Синто — религия Японии, где верят в множество богов или духов (ками), что живут в разных частях природы; существует вместе с буддизмом
