Что за вопрос! Мне больно даже думать о том, каков возможный ответ. Мои родители, Сара, Дэвид, Кит Проктор – вот первые причины, которые приходят мне на ум. Я думаю о той боли, которую причинила Кристоферу, о том, как после трагедии над Атлантикой моя жизнь полетела под откос.
Я смотрю в мутные глаза Серра.
– На том рейсе «Северо-Восточных авиалиний» была почти вся моя семья. Я делаю это ради них и ради архитектора из Юниондейла, штат Нью-Йорк, по имени Мартин Дуглас.
– Кто он?
– Просто пассажир, сидевший в кресле номер сорок девять-си. На котором должна была сидеть я.
Серра в немом изумлении смотрит на меня, будто отказывается поверить, что причина его мучений заключается в такой банальности.
– Так это личное?
– О да! – отвечаю я. – И когда я увижу Резу Мохаммеда, то заберу у него диск, после чего убью его самого.
– Кого?
А вот это уже интересно.
– Резу Мохаммеда, – повторяю я. Ноль реакции. То ли Серра хороший актер, то ли он и в самом деле не знает. Впрочем, мне без разницы. – Базит, – поясняю я. – Его настоящее имя Реза Мохаммед. – Или Мустафа Села? – Это он подложил бомбу на борт самолета в аэропорту имени Кеннеди.
Серра чуть заметно кивает.
– Это не поможет.
Я захожу ему за спину и снимаю с бронзовой лампы на столике у окна абажур.
– Что не поможет?
– Если ты убьешь Базита.
Я выдергиваю шнур из розетки.
– В таком случае у меня еще больше причин это сделать.
– Если завтра самолет не поднимется в воздух, погибнут четыре тысячи человек.
Что-то происходит внутри меня. Я вижу это в его глазах, когда он оборачивается ко мне. Слышу в его голосе. Я пытаюсь не обращать внимания на это ощущение и спешу покинуть поле его зрения. Мои пальцы крепко сжимают лампу.
– Что ты сказал?
– Погибнут четыре тысячи человек.
– Каким образом?
– Не имеет значения. Ты не можешь этому помешать. Ни ты, ни я.
– Лжешь!
– Может, да, а может, нет. Время покажет.
Если я пощажу Серра, Александер узнает про угон самолета и тот не поднимется в воздух. Серра даже не догадывается, что вынес себе смертный приговор. В любом случае он проиграл. Я размахиваюсь лампой и со всей силы бью его по голове – он теряет сознание, – после чего подхожу к кровати и беру нож…
* * *
