Зарядив многозарядный гранатомет «РГ-94» тремя осколочными гранатами, имея за спиной пистолет-пулемет «бизон-3», а в кармане комбинезона бронебойный пистолет «гюрза», Дмитрий сорвался с места и проскочил до забора, до его восточной, нетронутой, части незамеченным. Так как в это же время прапорщик Бунин, прикрывающий командира, открыл по окнам второго этажа огонь из своей снайперской винтовки.
Горелов перепрыгнул через забор.
Огонь по объекту со всех сторон тут же прекратился.
Чтобы возобновиться с новой силой, когда Дмитрий нырком прыгнул в развороченный попаданием гранаты проем окна.
Очутившись в небольшой комнате, он с пола дал несколько очередей по периметру из «бизона». Комната оказалась пуста, лишь возле стены валялись тела, два мужских и одно женское, изуродованные кумулятивным взрывом.
Дмитрий снял с пояса две гранаты, выбив ногой дверь, метнул их в разные стороны, укрывшись от осколков за стеной. Как только визг осколков смолк, он так же нырком прыгнул в следующее помещение.
Гарью затянуло всю комнату, но Дима различил трупы и здесь, а в углу поднимающуюся вверх винтовую лестницу.
Оттуда, изнутри, раздалась автоматная очередь.
Бил стрелок наугад, не видя противника. Но вспышки его «АК-74» заметил Горелов. Он ударил по этим вспышкам из гранатомета. Взрыв сбросил тело стрелка вниз. Под грохот и дым, достав «гюрзу», в другой руке держа «бизон», Горелов начал подъем по лестнице. Сбоку на полу что-то зашевелилось, Дима тут же дал бесшумную очередь из «бизона».
Поднимался он медленно, понимая, что на втором этаже остались невредимыми по меньшей мере человек шесть, вооруженных, готовых к бою.
Один виток, другой, третий…
Перед ним вход.
И тут под ноги майору неслышно выкатилась граната.
Инстинктивно Горелов сбросил ее вниз и под грохот взрыва, сорвавшего лестницу, прыгнул в залу, ведя ураганный огонь из своего шестидесятичетырехзарядного пистолета-пулемета.
Раздались вскрики боли, звуки падающих на паркет тел. Сбоку у окна Дмитрий заметил огромный сундук, перекатился за него.
По майору никто не выстрелил, хотя движение его не могло остаться незамеченным. Неужели поражены все?
Только не это! Лишь бы не этот шакал Кулан-Бек. Стоило тогда идти под пули?
Поднявшийся на улице сильный ветер быстро вытянул дым из разбитых окон.
Горелов посмотрел на магазин «бизона». Черные контрольные отверстия показывали, что две трети запаса он расстрелял. Но у Димы оставался еще гранатомет и, главное, «гюрза».
В комнате вместе со стоном раздался шорох.
Бездействовать дальше нельзя, надо заканчивать работу. Все же он в бронекостюме и бронешлеме, в худшем случае получит болевой шок, если, конечно, не влупят в упор из подствольника. Тогда никакая защита не поможет. Да и черт с ним, значит, судьба такая ему!
Горелов встал из-за сундука во весь рост.
Перед ним лежало несколько трупов, далее двое раненых, один из них Кадыр. Тот, с вывороченными кишками, безумными глазами уставился в потолок. Второй, раненный в ноги, тянулся к автомату. И этим вторым был Кулан-Бек! Ему оставались считаные сантиметры до приклада автомата. Горелов выстрелил из «гюрзы», автомат, пробитый насквозь, отлетел к стене.
Дмитрий пошел к Кулану, и… только интуиция опытного бойца позволила ему почувствовать опасность. И упасть в тот момент, когда один из «трупов» выстрелил из подствольного гранатомета в спину Горелова.
Граната прошла через всю комнату и вылетела в окно, взорвавшись где-то в ауле. Дима выстрелил в стрелка бронебойной пулей. Она попала боевику в шею, оторвав голову.
Тело-обрубок отлетело к дверному проему лестницы и рухнуло вниз.
Горелов поднял валяющийся рядом автомат бандитов, дал по короткой очереди в каждый труп, а также в Кадыра, обрывая его мучения.
Остался один раненый Кулан, который перевернулся на спину, пытаясь что-то достать из-под халата.
Горелов присел перед ним, ждал.
Искаженное ненавистью лицо смотрело на него. Запекшимся от крови ртом главарь банды прошипел:
— Ты сдохнешь со мной, гяур!
Дмитрий резко просунул руку под халат и перехватил зажатую в ладони Кулана гранату. Вытащил ее, разжав жирные, но слабые пальцы бандита, засунул себе в специальный пояс.
— Ошибся ты, Кулан! Подыхать будешь в гордом одиночестве. Где-нибудь в закрытой от всего мира камере. Если, конечно, доживешь до нее.
Бандит грязно выругался, плюнув кровавой слюной в сторону Горелова.
Дима посмотрел на плевок, его не задевший, вызвал командиров всех подразделений:
— Внимание, на связи командир! Кулан-Бек захвачен! Доложите обстановку вне здания.
— Я – Эфа-2! Отработали свое направление полностью!
— На связи Эфа-3, поставленная задача выполнена!
— Я – Семенов! Держу под контролем подходы к дому. Во дворе живых не наблюдаю!
— Я – Зайцев! Блокирую выход на пастбище и пространство между аулами. Все спокойно!
