Я же начал делать заготовки. Огненные шары и магия, оно, конечно, хорошо. Но для бесшумного проникновения лучше всего использовать менее громкие вещи. Такие, как крючья с привязанной веревкой, метательные ножи, наполненная перцем яичная скорлупа… В общем всё, что могло тихо повлиять на окружение и не поднимать шума до нужного момента.
Идти в лобовую атаку на людей, которые не понаслышке знакомы с оружием, а также умеют его применять могут только книжные герои с мозгами в жопе. Настоящие герои всегда идут в обход.
Я смазывал горючей смесью тонкую веревку, когда в дверь тихонько постучали. Отвечать я не собирался, так как для всех спал. Тогда дверь неторопливо отворилась, а на пороге оказалась госпожа Мамонова. В её руках был поднос, на котором дымились две чашки, а также возвышалась тарелочка с печеньем.
Мы уставились друг на друга. Убирать всё со стола было уже поздно. Метательные дротики, ножи, обвязанные веревкой, небольшие гранаты с перцем — всё это лежало на столешнице словно на витрине магазина.
Мамонова несмело улыбнулась:
— Простите, если тревожу, господин Рюрикович, но мне почему-то не спится. Всё думаю о нашем предприятии…
— Может не стоит думать о нём? — спросил я. — Может, лучше подумать о чем-то другом? О бабочках, цветочках, лопушках и березках… Говорят, что помогает.
— Я чувствую, что вы ко мне относитесь настороженно. Понимаю, что сейчас время такое, но… Когда отправляются на мероприятие, подобное нашему, то лучше доверять напарнику. Иначе, недоверие может только навредить.
— Кхм, — кашлянул я. — Навредить? Зачем вы пришли, госпожа Мамонова?
— Выпить по чашке чая и поговорить, — ответила она. — Если мы будем разговаривать, то я не могу вам помешать?
— Можете, — честно ответил я. — Мне нужно взвешивать всё и тщательно подбирать.
Я почувствовал от чашек с чаем какой-то сладковатый запах. Как будто к обычному чаю добавили сиреневые цветочки. Не сказать, что этот запах был неприятен, но… Он был необычен. А ко всему необычному я привык относиться настороженно.
— В таком случае, я просто спрошу вас и уйду. Это можно? — Мамонова поставила поднос на край стола и составила чашки на чистую поверхность.
— Спросить и уйти? — хмыкнул я. — Это можно. Что же вы хотите узнать, Милана Корнеевна?
Она вздохнула, подперла щеку рукой и взглянула мне в глаза так глубоко, словно пыталась за ними разглядеть мозг и другое содержимое моей головы.
— Причину вашего ко мне отношения, — ответила Мамонова после паузы. — Почему вы держите на меня зло?
— Вы хотите услышать честное мнение? — улыбнулся я.
— Ну, за другим бы я не приходила.
— Милана Корнеевна, тогда слушайте, — пожал я плечами. — Слишком много совпадений связано с вашим появлением. Возможно, они всего лишь случайные, но я не верю в подобные случаи. Вы появились из Омута, причем смогли выбраться из него живой и невредимой. Вы пытались обаять всех в поместье и, кроме меня, у вас это получилось. Вы не едете домой или к тете, но всеми силами пытаетесь остаться рядом с нами. Вы ведете себя вроде бы как аристократка, но не рассказываете о своём прошлом и предпочитаете переводить тему разговора на другое. А выстрел в татарина? Не каждый профессионал такое сделает и так просто. И это мелочи, но то, что вы не фотографировали себя ни разу, хотя ваши социальные сети пестрят всевозможными случаями жизни… Какая женщина удержится от того, чтобы не похвастаться перед своими подписчиками утренним пробуждением или полезной едой?
— Скорее всего, это просто совпадения. Что касается оружия и прочего — я уже говорила, что прошла неплохую школу выживания. Близость к татарам заставляет: ведь лучше всю жизнь проходить с мечом и не применить его ни разу, чем встретить врага и оказаться без меча! — проговорила Мамонова. — А что не фотографирую… Я не хочу открывать то, как живет царевич и его друзья. Это же ваша личная территория жизни. Я не могу на неё покушаться. А в остальном… Ну это как-то притянуто за уши, вы не находите? Может, вы просто женщин не любите?
— Госпожа Мамонова, — посмотрел я в её глаза, чуть отдающие желтизной. — Скажите, а зачем вы затеяли эту аферу с колье? Ведь это вы подкинули его в мою спальню, не правда ли?
— Я не понимаю, о чем вы говорите, — захлопала она глазами. — Может, это у вас нервы сказываются, но я всеми силами пытаюсь помочь, а вы…
Вот теперь можно было бы ещё и слезу подпустить, что она и сделала. Даже всхлипнула. Вот актриса…
Я же вздохнул и покачал головой:
— Не надо слёз. Сердце моё вам всё равно не растопить, только зря потратите воду. Вы же не просто так стояли у окна, когда к нам пробрались Ночные Ножи? Вы смотрели на наш разговор, может быть, фиксировали происходящее…
