— Да, — тихо сказал Иллиан, наблюдая, как к ней возвращается живость взгляда. — Это “Звезда Эльдории”. Лучшее вино Светлого Леса. Иногда вино — лучшее лекарство. Моим зельям до него далеко.
Она опустила глаза, но углы губ дрогнули, выдавая слабую, почти невидимую улыбку.
— Спасибо, — прошептала Ардолинн, и это было не только за еду.
Иллиан откинулся в кресле, задумчиво наблюдая за игрой света на ветвях за окном. Когда эльфийка закончила трапезу, он повернулся к ней, и его взгляд стал серьёзным, почти суровым.
— Так что привело тебя сюда, Ардолинн? Что заставило нарушить все правила? Ты же знаешь, Эльрион так просто это не оставит.
Объятия и еда успокоили её. Теперь она дышала ровнее, а мысли выстроились в чёткую, пусть и горькую, цепь. Вначале эльфийка бесшумно закрыла окно, затем, понизив голос до шёпота, поведала Иллиану всё — о кровавых планах короля, о своём беге в Слышащий Лес, о юной любовнице Эльриона, о своём отчаянии и страхе. Страхе быть изгнанной, как Лихлас… или убитой.
Лишь об одном она умолчала — о даре читать мысли. Как сказать о таком? Да и стыдно было признаться, что заглядывала и в его, Иллиана, разум.
С каждым её словом лицо лекаря хмурилось всё сильнее. К концу рассказа на его обычно спокойных чертах застыла тень гнева, так несвойственного его изысканным чертам. Ардолинн не удержалась и бросила взгляд на его ауру — насыщенную красно-оранжевую, с алыми всполохами. Его мысли, как и до этого, не расходились с выражением лица. Это успокаивало.
Эльф размышлял долго, слишком долго. Его тонкие пальцы бессознательно комкали складки одежды, а взгляд, обычно такой пронзительный, был упрямо устремлён в пол. Ардолинн могла бы попытаться поймать его глаза, прочесть мысли… Но не стала. Она ждала.
В груди, рядом с едва затянувшейся раной от слёз, теплилось что-то хрупкое и наивное — надежда. Что вот сейчас он поднимет голову, скажет одно-единственное слово, и все её беды разрешатся.
Где-то за окном с резким криком сорвалась с ветки птица. Ардолинн вздрогнула — но Иллиан всё так же молчал.
Наконец он заговорил, и слова его падали тяжело, словно камни в глухой колодец:
— Значит, король избавляется от всех неугодных глав Высоких домов и попутно сеет смуту среди соседей. Первый дом никогда не поддержит отказ от учения предков… вот он и решил нас устранить. Его советник искал преемника Лихласу. Но в Первом доме нет предателей. Никто не согласился.
Последнюю фразу он произнёс с гордостью, но следом голос его стал ещё суше, жёстче:
— Высокие дома слишком разобщены. Даже если собрать четыре дома, как Лихлас, этого мало, чтобы скинуть короля. Нужно как минимум шесть или семь. Только численный перевес охладит пыл Эльриона и его сторонников. Никто не хочет междоусобицы — она будет стоить слишком дорого.
Он резко рубанул воздух ладонью и закончил, пристально глядя на Ардолинн:
— Тебе нельзя нигде появляться. Это смертельно опасно. Я сам поговорю с главами домов. Оставайся здесь.
Не дав ей вставить и слова, Иллиан стремительно вышел, прихватив со стола несколько старых свитков.
Ардолинн осталась одна.
Тишина в комнате внезапно стала давящей, почти звенящей. Пальцы сами потянулись к бокалу, где золотистым светом мерцала "Звезда Эльдории". Она опрокинула его одним движением — сладкий нектар обжёг горло, разливаясь по телу тёплыми, обманчиво успокаивающими волнами.
На мгновение она ощутила во рту сладковатый привкус надежды. Слабой, но живой. Может, Иллиану удастся убедить других? Может, ещё не всё потеряно?
Но следом накатило другое — острое, колючее. Она сжала бокал так, что хрусталь жалобно зазвенел.
Король не просто так затеял эту игру. И его советник — не глупец. А Иллиан… он лекарь. Не политик. В тонкой интриге против трона у него нет шансов.
А она сидит здесь, как перепуганный ребёнок, прячась за чужой спиной.
Ардолинн резко встала, отодвинув кресло с таким шумом, что оно грохнулось о пол.
Она не была беспомощной. Не была. Даже если весь мир считал иначе.
Принять решение оказалось проще, чем начать действовать. С чего начать? Ждать Иллиана или искать других глав домов самой? Куда он пошёл первым? Где его искать?
Вопросов было много, но с чего-то всё же следовало начать. Ардолинн вышла из Первого дома на улицу, надеясь увидеть что-то — или кого-то, — что подскажет ей путь. Или же встретить самого Иллиана.
Вскоре она отчётливо ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Кто-то следил. Эльфийка замерла, пытаясь определить направление.
Минуту спустя она уже шла к высокому этерону, вглядываясь в его густые ветви. Резко остановившись у ствола, она громко и чётко произнесла, глядя вверх:
— Король приказал следить? Или тебе просто нравится подглядывать за спутницей короля? Знаешь, что бывает за такое в нашем лесу?
На верхушке дерева кто-то шевельнулся. От ветвей отделился невысокий эльф в одежде, сливавшейся с корой. Его движения, лицо — всё выдавало юность. Ардолинн мгновенно впилась в него взглядом и успела поймать обрывок мысли:
