— Прости, — вскрикнула Харвестер. — Сначала я не хотела, чтобы ты пошёл на самоубийство. Затем я узнала, что Лилит соблазнила человека. Я пыталась заставить её рассказать где дети, но она пришла в ярость от того, что я о них знаю. Лилит пригрозила, что убьёт их, если я кому-то расскажу. Я решила подождать, пока они не вырастут до момента, когда смогут сами о себе позаботиться. Но затем Лимос с мальчиками устроила хаос, и всё пошло очень скверно. Она рассказала тебе первой. — Она упала перед ним на колени, по её щекам струились слёзы. — Я делала всё это ради тебя. Я хотела рассказать тебе всё раньше, но…
— Но? — Он грубо схватил её за бицепсы и рывком поднял на ноги. — Виррин, ты не имела права. Никакого права. Я бы тебя так никогда не предал. Ты отплатила мне, да? За то, что я переспал с Лилит, а не с тобой.
— Он ненавидел меня, — прошептала Харвестер. — Он был таким жестоким.
— Что он сделал? — Ривер остановился посреди дороги, как будто к ним не приближались сотни демонов. — Харвестер? Что он с тобой сделал?
Харвестер не остановилась. Было бы глупо о чём-то из этого ему рассказывать. Сейчас всё это дерьмо, что она с таким трудом затолкала в себя поглубже, вырвалось на поверхность, и ранило её гораздо сильнее, чем все пытки, что применял к ней Сатана.
Ривер схватил её за руку и рывком развернул к себе. Харвестер стиснула зубы от вспышки боли в дугах крыльев.
— Расскажи мне.
— Зачем? Почему тебя интересует произошедшее? — Харвестер вырвалась из его хватки, ощутив ещё одну вспышку боли. — Хочешь узнать, что я потеряла единственного мужчину, которого любила? Что он растоптал меня как мусор? Тебя это забавляет?
— Нет. — Ривер снова протянул к ней руку, на этот раз, чтобы провести костяшками пальцев. — Мне просто интересно узнать каким он был. Похоже, тем еще засранцем.
Она его ударила. Харвестер ударила его прежде, чем осознала, что собирается это сделать. И когда звук удара плоти о плоть эхом разнёсся по деревне, всё остановилось. Создания замерли, как и Харвестер с Ривером.
— Не говори так, — прохрипела она. — Ты его не знал. Он доверял мне, а я его доверие предала.
— Ты пошла на это, чтобы его защитить.
Харвестер горько усмехнулась.
— А может я пошла на это, чтобы иметь над ним власть, как он сказал. И может он был прав, когда сказал, что я наказываю за то, что он переспал с этой демонской сукой, а не со мной. В конце концов, я ведь дочь Сатаны.
— Так могла поступить Харвестер, но не Виррин.
Харвестер усмехнулась.
— Ты не знал Виррин. Как ты можешь так рассуждать?
— Потому что Виррин пожертвовала собой ради Энриета и детей. Она бы не поступила так, если бы была из тех, кто может предать ради власти или из-за мести.
— Плевать. — Внезапно ощутив вес последних четырёх дней без отдыха, она потёрла глаза и снова уставилась на дорогу. — Мы можем оставить эту тему?
Ривер пристроился рядом с Харвестер.
— Мы не можем оставить эту тему. Я хочу знать, что он тебе сделал.
— Ты как вцепившаяся в кость адская гончая. — Ривер не ответил, да Харвестер и не ожидала. — Ладно. Действительно хочешь знать? Этот ублюдок Энриет, уничтожив меня, исчез на несколько месяцев. А когда снова вернулся, то был самим собой. — Харвестер поморщилась. — Это должно было насторожить.
— И в чём дело?
— Он притворился… что хочет меня. Я всё ещё его любила, поэтому сдалась. — Она закрыла глаза и устало побрела по брусчатой дороге.
Боже, какой она оказалась глупышкой. Энриет нашёл Виррин в её покоях. Между ними не произошло никаких разговоров. Энриет просто появился, как будто комната принадлежала ему, и целовал Виррин, пока она не расцвела как ночная роза.
Она была так счастлива, так наполнена любовью, что даже и не рассматривала другую возможность, кроме как той, что Энриет наконец всё осознал и понял, что они должны быть вместе.
Чёрт возьми, какой же тупой и слепой идиоткой она была.
— Я отдала ему свою девственность. А он… — Жар прилил к щекам. Харвестер открыла глаза в надежде избавиться от воспоминания о том, как Энриет пришёл в её комнату, чтобы её соблазнить. А по правде говоря, неужели бы что-то изменилось? Виррин хотела этого, и как глупышка была слаба настолько, чтобы принять то, что Энриет готов был ей дать. — Всё, закрываем тему.
Ривер её проигнорировал. Он был изумлён.
— Он воспользовался тобой и бросил?
— Я трахал менее отвратительных демонов, чем ты.
Харвестер охватила такая свежая и острая боль, как в тот день, когда Энриет произнёс эти слова.
— Вот ублюдок, — прорычал Ривер, не оставив Харвестер другого ответа, кроме как да. — После всего, что он сделал, почему ты пала? Почему пожертвовала всем, ради такого придурка?
— Я же сказала, — тихо произнесла Харвестер, — ты его не знал. Он не всегда был таким. — Они почти подошли к границе деревни. Лес сможет предоставить им укрытие и пути к отступлению.
