— Я знал, что в это вовлечены Небеса, — произнёс Сатана до жути спокойным голосом. — Но Ривер… занятное предприятие.
Какого хрена? Почему демон не взорвался? И почему считает вмешательство Ривера «занятным»?
— Мой господин, — сказал Ревенант, стараясь изо всех сил звучать непринуждённо. — Какие ты дашь мне приказания?
Сатана растянул губы в кровожадном оскале.
— Скажи Нелл, чтобы отменила мой последний приказ. Для Орфмэйджа у меня другое задание.
Ревенант выгнул бровь.
— Господин?
Сатана рассмеялся, и от звука маниакального смеха у Рева застыла в жилах кровь.
— Моя армия в боевой готовности, ожидает момента, чтобы напасть на Небеса. Но сейчас, пока не родился Люцифер, который сломает стены Небес, любое сражение с ангелами будет происходить в мире людей.
Ревенант почти сказал «Ну да», но… блин, ну да.
— Я устал ждать. Орфмэйджа изменит правила игры и ускорит время. — Сатана провёл языком по клыкам. — Люцифер родится раньше.
Сукин сын!
Ривер уничтожит этого архангела. Если выживет в схватке с Тёмными, то как-нибудь заставит Рафаэля за всё заплатить.
Он бросил шеулгулу на грязный пол хижины, но Харвестер их подняла.
— Слишком поздно их срывать. Их заклятие уже отметило тебя своей целью. — Харвестер засунула кристаллы обратно в карман Риверу. — Я знаю, как всё исправить, но нам нужно идти.
Она сказала это так, словно Ривер не осознавал, что пора отсюда, к чертям собачьим, сваливать.
Снаружи раздался пронзительный крик. Тёмный уже близко. У них совсем нет времени.
— Мы можем проскочить, пока его отвлекают демоны. — Ривер глянул на Харвестер. — Готова?
— Нет, — едко ответила она, и Ривер понимал, что гладя против шести, напоминая об их прошлом, её не успокоишь. — А я думала, посижу здесь, повяжу, подожду, когда Тёмный придёт и убьёт меня.
Ривер проигнорировал её слова и протянул Харвестер руку.
— Пойдём.
Нагло зыркнув на такое предложение, она протиснулась мимо Ривера и выскользнула в толпу призрачных падальщиков.
Мысленно матерясь, он последовал за ней, а Харвестер тем временем пробиралась мимо тощих демонов, используя деревья и кусты как прикрытие.
— Нам нужно двигаться на север, — Харвестер пнула в сторону толстую голую ветку и устремилась в темноту. — Соблюдай дистанцию. — В нескольких сантиметрах от головы Ривера в ветку дерева вонзилась молния, явно не естественного происхождения. — Дерьмо… Ривер, ты светишься!
Ривер вовремя развернулся, чтобы заметить ещё одну огненную стрелу, которую выпустил Тёмный.
Он кинулся к Харвестер и повалил её на землю, когда над их головами просвистела стрела.
Ривер перекатился за бревно позади падшей и выпустил в засранца поток огня, иссушившего все силы Ривера.
Пламя поразило Тёмного в торс, сбило с ног и выбило из рук лук.
— Сияние пропало, — выдохнула Харвестер.
— Отлично. — Он уже получил точный выстрел в грудь. Нет необходимости добавлять неоновые огни и светящуюся стрелу.
Ривер толкнул Харвестер на тропу, по которой им стоило двигаться, но она так резко остановилась, что он врезался ей в спину.
— Люцифер, — изумлённо произнесла она. — Я его чувствую. — Харвестер распахнула глаза. — Вот дерьмо. Я и отца чувствую. Он впереди.
Сердце Ривера сжал ледяной кулак.
— Насколько близко?
В глазах Харвестер вспыхнул страх, когда они с Ривером повернулись к Тёмному, который уже поднялся и направлялся к ним.
— Не знаю. Близко. Нам нужно поторопиться.
— Нас не разрежет, когда мы вступим на Земли Косы?
— Мы до них не дойдём. Но нам нужно бежать, иначе армия Сатаны порежет нас на фарш. — Харвестер бросилась бежать, не оставив Риверу иного выхода, кроме как последовать её примеру. — За следующим горным хребтом вход в Игровую Персефоны.
Ривер споткнулся, как ребёнок, который только начал ходить.
— Игровая Персефоны? Она реальна?
— Ага. Там не позволено никакой жестокости. Когда мы пересечём барьер, Тёмный не сможет причинить нам вреда.
— А что насчёт твоего отца?
— Он исключение из правила «никакой жестокости».
В буквальном смысле. Сатана был исключением любого правила.
Они припустили ещё быстрее, несясь во всю мощь, взбираясь на холмы, когда приходилось, и, пересекая реку, всю красную от крови чего-то поистине огромного, что ранили или убили вверх по течению.
Они добрались до хребта, когда ещё один Тёмный вышел из-за холма, его белые зубы сверкнули из-под капюшона. Ривер не замедлился.
Он принялся за дело, когда тот вытащил диск с зазубринами по краям, предназначенный для срезания голов и возвращения к тому, кто бросил. Они бросились друг на друга врукопашную.
Тёмный пытался вырваться, его теневая субстанция создавала скользкую хватку, но Ривер справлялся. У Тёмных было несколько слабостей, и физический бой был одной из них.
Он ударил Тёмного в лицо — по крайней мере, там должно было находиться лицо. Под капюшоном не было ничего, кроме рта.
Существо издало молчаливый крик, который Ривер ощутил миллионом острых иголок, впившихся в его мышцы. Ривер снова ударил Тёмного, надеясь его вырубить, но ощущение иголок лишь возросло.
— Ривер!
Он повернулся в тот момент, когда Тёмный, что преследовал их, ударил Харвестер дубинкой.
