— Адское! — добавил Маркхэм. — Я был почти что готов признать два самоубийства, и дело с концом.
— Ну нет, — сказал Вэнс. — Это не было бы надлежащим проявлением гуманности, — он выглянул в окно. — Но я владею положением. Узор выделяется все отчетливее. Я собрал все кусочки, Маркхэм, кроме одного. Этот кусочек также у меня, но я не знаю, к какому месту он приходится.
— А о каком кусочке вы говорите, Вэнс?
— Об этих разъединенных проводах звонка. Они меня страшно смущают. Я знаю, что они имеют определенное отношение к ужасным событиям, происходившим здесь. Зачем было разъединять эти провода? Какое отношение они могли иметь к смерти Свифта или к выстрелу, который мы слышали? Никакого механизма не было, в этом я убежден. Провода только соединяли два звонка… Какой-нибудь сигнал?..
Вдруг Вэнс остановился против двери в коридор и впился в нее взглядом, как будто бы никогда раньше ее не видел.
— Тетка моя! — воскликнул он. — Тетка моя драгоценная! Да это же слишком явно! — он повернулся к Маркхэму. — Ответ был все время тут, — сказал он. — Был так прост, а я искал сложностей! Теперь картина готова, Маркхэм. Все сходится. Эти разъединенные провода показывают, что предполагалось еще одно убийство, убийство, которое было намечено с самого начала, но так и не состоялось, — он глубоко вздохнул. — Это дело должно быть выяснено сегодня. Да.
Он направился вниз, а мы следом за ним. Хис мрачно курил в коридоре.
— Сержант, — сказал ему Вэнс. — Телефонируйте мисс Грэм, мисс Уезерби, Круну и Хаммлю. Пусть они все соберутся здесь, скажем, в шесть часов. Флойд Гарден может вам помочь с ними снестись.
— Они будут тут, мистер Вэнс, будьте покойны! — заверил его Хис.
— И, сержант, как только вы примете меры на этот счет, телефонируйте мне. Я хочу вас повидать сегодня. Я буду дома. Но подождите Сниткина, и оставьте его здесь сторожить. Никто не должен приходить сюда, кроме тех, кого я просил вас вызвать, и никто не должен покидать квартиру. И, в особенности, никого не надо пускать наверх, ни в кабинет, ни в сад. Ну, теперь я отправляюсь.
— Когда вы будете дома, я вам сейчас же позвоню, мистер Вэнс.
Вэнс остановился у выходной двери.
— Пожалуй, я лучше предупрежу Гардена насчет сборища. Где он, сержант?
— Он прошел в тот кабинет, как только спустился, — сказал Хис, мотнув головой.
Вэнс прошел к двери в нижний кабинет. Я шел за ним следом. Когда дверь отворилась внутрь и Вэнс появился на пороге, мы увидели неожиданную картину. Мисс Битон и Гарден стояли друг против друга перед столом на фоне окна. Сиделка закрыла лицо руками и, рыдая, прислонилась к Гардену. Его руки обнимали ее. Услышав, что в комнату входят, оба отшатнулись друг от друга. Девушка отвернула свое лицо от нас быстрым движением, но я успел разглядеть, что глаза ее красны и полны слез. Она всхлипывала и, быстро повернувшись, выбежала в соседнюю спальню.
— Очень извиняюсь, — сказал Вэнс, — я думал, что вы одни.
— О, это ничего, — сказал Гарден. — Надеюсь, Вэнс, что вы не истолкуете это неправильно. Все сегодня, знаете, так взволнованы. Мисс Битон столько перестрадала вчера и сегодня, и, когда я увидел ее здесь, с ней случился припадок. Я старался ее успокоить, положил ее голову к себе на плечо; мне жаль эту девушку.
Вэнс сделал равнодушный знак рукой.
— О, конечно, Гарден. Измученная дама всегда рада сильному мужскому плечу, на котором можно поплакать. Большинство из них оставляет пудру на его пиджаке, но я уверен, что мисс Битон в этом неповинна. Крайне сожалею, что помешал вам, но я только хотел сообщить перед своим уходом, что я поручил сержанту Хису собрать всех ваших гостей сегодня к шести часам вечера. Конечно, мы просим вас и вашего отца также быть там. Будьте добры, помогите сержанту насчет телефонных номеров.
— Очень охотно, Вэнс, — ответил Гарден. — Есть у вас что-нибудь особое на уме?
Вэнс повернулся к двери:
— О да, о да, разумеется. Я надеюсь все это выяснить. А пока бегу, — и он вышел, закрыв за собой дверь.
Когда мы шли по направлению к лифту, Вэнс с некоторой грустью сказал Маркхэму:
— Я надеюсь, что мой план удастся. Он мне не особенно нравится. Но мне еще меньше нравится несправедливость.
Мы только успели приехать домой, когда позвонил сержант Хис. Вэнс вышел в переднюю, переговорил с ним и вернулся к нам.
— Я убегаю, старина, — сказал он Маркхэму. — Я отправляюсь к сержанту в его бюро. Но я останусь недолго. А пока позавтракайте здесь.
— К черту завтрак, — проворчал Маркхэм. — Зачем вы идете к Хису?
— Мне нужен новый жилет, — ответил Вэнс.
— Замечательно ясное объяснение!
— Простите, это единственное, которое я могу сейчас вам дать, — ответил Вэнс.
Маркхэм некоторое время смотрел на него.
— Что это за тайна? — спросил он.
— Знаете ли, Маркхэм, так надо, — серьезно ответил Вэнс. — Я надеюсь разрешить сегодня вечером этот проклятый вопрос.
— Ради Бога, Вэнс, что вы намереваетесь делать?
Вэнс выпил рюмку коньяку и зажег папиросу. Потом он ласково поглядел на Маркхэма.
