На заре XVIII века должность государственного обвинителя и ещё одна, королевского нотариуса, становятся сердцем семейного наследства. После смерти Мартена де Робеспьера (1664-1720), прадеда члена Конвента, они должны были отойти его старшим детям. У него было четырнадцать детей. Третий из его сыновей, достигнув зрелости, именует себя Максимилианом (1694-1762); поскольку никакой должности не предназначалось для него, он изучает право в университете Дуэ, готовится к клятве адвоката перед советом Артуа (1720) и обосновывается в столице провинции. Если отъезд из Карвена и мог стать трещиной, ничто не позволяет определить его как травму, которая надолго отметила бы членов аррасской ветви, вплоть до самого члена Конвента. В социальном отношении доступ в адвокатуру был поощряем; быть лиценциатом права, быть членом коллегии адвокатов, это обеспечивает почётное положение, даже если удача не всегда вам сопутствует.
Женатый на Мари Маргарите Франсуазе Пуато, дочери трактирщика ("У Золотого ангела"), Максимилиан де Робеспьер (дед) имеет пятерых детей, старший из которых это Максимилиан Бартелеми Франсуа (1732-1777). Авторы его именуют на разные лады: он Бартелеми для одних, Франсуа для других... Последнее имя, которое наиболее часто повторялось с середины XX века, приобрело в итоге силу факта. И всё же, даже если один документ обозначает его как Бартелеми-Франсуа, и другой как Бартелеми (а не Франсуа), его первое имя по обычаю должно быть Максимилиан; так его называет его современник Пруаяр, и это единственное имя, которым помечен акт о погребении. Под этим же именем он упомянут в хронике аббатства Доммартен, в долине Отье (Понтьё). Молодой человек появляется здесь в апреле 1749 г. Со своим аррасским "приятелем" Антуаном Корбю; оба желают начать своё послушничество. Однако, менее чем через два месяца, в то время как его друг продолжает свою подготовку, Робеспьер (отец) покидает монастырь, пояснив аббату: "что у него не было призвания к духовному сословию, что он проявлял к этому желание только, чтобы угодить своим отцу с матерью". Стоит ли этому верить? Не отговорка ли это, чтобы просто вернуть себе свободу?
Как бы то ни было, мы вновь находим его во время выступления с клятвой адвоката в совете Артуа, 30 декабря 1756 г. Ему двадцать четыре года, и прошло семь лет с тех пор, как он отказался от вступления в орден. Что он делал в этот промежуток времени? Многие представляли его прилежным и терпеливым на скамьях коллежа, а потом факультета. В действительности, в его обучении большое место занимала практика. Журнал приёма экзаменов права в университете Дуэ отмечает его как бакалавра 2 июля 1756 г., затем как лиценциата 2 декабря того же года; документ указывает, что он был принят
Начиная с первых лет работы, Робеспьер (отец) показывает себя как занятой адвокат, часто присутствующий на слушаниях в разных учреждениях города: совете Артуа, городском суде или суде эшевенов[6], очень могущественном в этом городе, гордом своими муниципальными традициями. Он судится, он пишет; он блистательно овладевает словами и правом. Он также создаёт семью, не без поспешности... 3 января 1758 г., в церкви прихода Сен-Жан-ан-Ронвиль, он сочетается браком с дочерью "торговца пивом": Жаклин Маргаритой Карро. Первый из их пятерых детей рождается едва ли через четыре месяца, 6 мая 1758 г.; ему дают имя Максимилиан Мари Изидор. Без поспешного брака его родителей, заключенного с освобождением от двух оглашений и от "запретного времени"[7], которое следует за рождественскими праздниками, будущий член Конвента был бы рождён "внебрачным ребёнком", или иначе "бастардом", если воспользоваться терминами XVIII столетия. Факт, подчёркнутый множество раз, и многие авторы делали из него ключ для понимания личности. Не получил ли Робеспьер вкус к праву и словам исключительно по наследству? Не сохранил ли он также, как рану или пятно, обстоятельства своего зачатия? Если бы всё объяснялось детством...
