Лев потряс головой. Уж он-то ничего не забыл. Он знал, что умрет в этом новом мире, куда собирался отвезти его Тераи. Но умрет только через десять лет! Для его детского разума десять лет были целой вечностью! Чувствуя себя практически бессмертным, он лениво зевнул и растянулся на солнце.
– Что скажешь, Лео? «Черная лошадь»! С виду – вполне симпатичное бистро. Зайдем?
Молодой лев ответил хозяину коротким рыком.
– Согласен? Что ж, пошли. Получишь свою кока-колу!
И Тераи Лапрад толкнул обе створки низенькой дверцы.
На Порт-Металл, единственный населенный людьми город на поверхности Эльдорадо, третьей планеты звезды Ван Пап, опускался вечер. Улица Кларион, находившаяся в нижней части города, была узкой и кое-как вымощенной уже разошедшимися цементными плитами, между которыми пробивались пучки хилой травы охрового цвета. В этот ранний час – солнце только закатилось, и на западе все еще увядал остаток дня – она была практически пустынной, но уже светилась яркими вывесками, беспорядочное мерцание которых озаряло фасады всех цветов спектра. С перерабатывающих заводов доносился глухой гул, иногда прерываемый тихим, едва уловимым свистом большого передатчика материи, высившегося в нескольких сотнях метров и денно и нощно отсылавшего через гиперпространство на Землю десятки тонн редких металлов. По ясному звездному небу бежали, одна за другой, две из трех лун.
Тераи, проведший полгода на Англии в ожидании эльдорадского звездолета, тотчас же понял, что такое Кларион: злачная улочка пограничного города, где, судя по всему, хватало не слишком богатых, но порядочных людей, более или менее пристойных баров, ночных кабачков и всякого сброда, который бросается на новые планеты и живет там, признавая один закон – право самого сильного или самого быстрого.
Он философски пожал плечами, попросил Лео быть начеку и вошел внутрь. Ему не терпелось познакомиться с изыскателями, а те, будучи зачастую людьми суровыми и неробкого десятка, гораздо охотнее посещали подобные заведения, чем шикарные кафе верхней части города, где чувствовали себя не в своей тарелке.
Все еще пустой зал был неплохо освещен. В центральной части стояли придвинутые друг к другу столы, а по бокам – два ряда устаревших игровых автоматов. Только один возвышался чуть в стороне: Тераи признал в нем аппарат для электромагнитного шахматного покера, вероятно являвшийся гордостью заведения и, по всей видимости, подкрученный. За одним из столов, перед бокалами с разноцветными напитками, сидели несколько девушек в ярких платьях. Когда Лапрад вошел, они подняли глаза, и одна из них, восхищенно присвистнув при виде его могучей фигуры, встала и направилась прямо к нему. Она резко остановилась, как только из-за его спины возникла растрепанная голова Лео. Хозяин, здоровенный толстяк в грязной рубашке, схватил лежавший на полке огромный револьвер.
– Эй, друг! У нас здесь не зоопарк! – сказал он с сильным акцентом юга Франции. Затем, на всякий пожарный, повторил по-английски: – It’s not a zoo here, friend! Get your beastie out![21]
Глядя ему прямо в глаза, Тераи улыбнулся одними губами.
– Лео – не обычный лев, а результат научного эксперимента, – произнес он по-французски. – Он понимает человеческую речь и даже говорит, на свой манер. Если его не достают, он совершенно безобиден. Я отвечаю за его поведение.
– Все это, конечно, хорошо, дружище! Но здесь бар, а не лаборатория!
– Вот именно! Мы и зашли сюда промочить горло. Мне, пожалуйста, ирландский виски, и не паленый, если это возможно! Для Лео принесите коки, только налейте в миску. Да, я знаю, в смысле напитков он не отличается хорошим вкусом, но ничего не поделаешь!
– Вы что, смеетесь надо мной?
– Вовсе нет! Принесите и увидите сами. Пошли, Лео!
Тераи расположился за свободным столом, и Лео растянулся у его ног: мордой – к двери, спиной – к стене. Тераи не смог сдержать легкой улыбки. Лео не любил, чтобы ходили у него за спиной, с того самого дня, когда на Англии какой-то дебил попытался огреть его железным прутом по ребрам. Впрочем, попытка успехом не увенчалась: этот идиот жил после этого с пару мгновений, не больше.
К столику осторожно подошел хозяин; левой рукой он держал поднос с заказанными напитками, правая лежала на рукоятке второго револьвера, торчавшего из-за пояса.
– Стало быть, это животное действительно все понимает?
– Лео, поздоровайся с владельцем заведения!
Лев встал, убрав когти, вытянул правую лапу и издал тихий рык.
– Неплохо вы его выдрессировали!
– Дрессировка здесь ни при чем. Говорю же вам: он все понимает, если речь не идет об очень сложных вещах. По уму и сообразительности он не уступает семилетнему ребенку. Впрочем, чтобы в этом убедиться, вы и сами можете отдать ему приказ – он вас послушается. Ты слышишь, Лео? Сделай то, что тебе скажет этот месье, – только разок!
Хозяин с озадаченным видом почесал подбородок:
– Что бы мне приказать? Ага, придумал! Вон сидят четыре шлюшки – они здесь уже часа три с лишним, а все тянут первый бокал. Напугай-ка их, Лео!
