Робур-завоеватель полностью

То были два вулкана, составляющие часть целой обширной системы гор Росс, Эребус и Террор. Не грозило ли Альбатросу, как гигантской бабочке, сгореть в их пламени? В мучительных волнениях прошел час.

Один из вулканов, Эребус, казалось, готовился уже наброситься на корабль, который не мог уклониться с пути урагана. Языки пламени быстро увеличивались на глазах у всех. Огненная завеса преграждала путь. Резкие вспышки яркого света наполняли пространство. Лица людей, находившихся на палубе, были страшны. Неподвижно, без крика они ждали ужасной минуты, когда огненная печь окутает их своим пламенем.

Но ураган, который увлекал с собой Альбатрос, спас его от этой чудовищной катастрофы. Огненные языки пламени Эребуса, задуваемые бурей, открыли ему проход, и среди града частиц лавы, отталкиваемых, к счастью, струями воздуха от подъемных винтов, корабль вырвался из кратера в самый момент его извержения. Час спустя горизонт закрыл собой от глаз пассажиров Альбатроса два колоссальных факела, которые освещают пределы мира в течение всей долгой полярной ночи.

В два часа утра Альбатрос перелетел остров Баллеры в конце побережья Декувэрт. Его нельзя было теперь узнать: оно было спаяно цементировавшим его льдом.

От Полярного круга, который корабль вновь пересек по сто семьдесят пятому меридиану, ураган понес его через ледяные заторы и через айсберги, где он сто раз рисковал разбиться. Затем Альбатрос полетел по Парижскому меридиану, образующему угол в сто пять градусов с тем меридианом, по которому он следовал при перелете Антарктики.

За шестидесятой параллелью ураган проявил наконец намерение стихнуть. Его сила заметно ослабевала. Альбатрос становился хозяином положения. Было, действительно, большим облегчением, когда он вступил в освещенные районы земного шара, где около восьми часов утра занималась заря. Снова начинался день.

Робур и его команда, избегнув циклона, бушевавшего у мыса Горн, были спасены от урагана. Они возвратились к берегам Тихого океана, перелетев весь полярный район И сделав семь тысяч километров в девятнадцать часов. Это составляет скорость более одного лье в минуту и почти вдвое больше той, которой мог достигнуть Альбатрос с помощью своих поступательных винтов, когда они действовали в обычных условиях.

Из-за постоянных отклонений стрелки компаса вблизи магнитного полюса Робур не знал теперь своего местонахождения. Приходилось ждать, чтобы взошло солнце при благоприятных условиях, необходимых для тщательных наблюдений. К несчастью, весь день тяжелые тучи покрывали собою Небо, а солнце так и не показалось. Это было тем более неприятно, что во время страшного урагана два поступательных винта вышли из строя.

Опечаленный Робур в течение всего дня мог вести Альбатрос лишь с умеренной скоростью. Пролетая над антиподами Парижа, корабль делал только шесть лье в час. К тому же приходилось очень остерегаться новых аварий. Если бы еще хоть два поступательных винта были приведены в негодность, положение корабля в водах Тихого океана сильно осложнилось бы. Вот почему инженер спрашивал себя, не нужно ли немедленно приняться за ликвидацию аварии, чтобы обеспечить продолжение путешествия.

На следующий день, 27 июля, около семи часов утра на севере показалась земля. Скоро все увидели, что это остров, но какой именно из той тысячи островов, которыми усеян Тихий океан? Робур все же решил остановиться над ним, не делая, однако, спуска. Он считал, что для ремонтных работ должно хватить одного дня и что в тот же вечер они смогут отправиться дальше.

Ветер совершенно стих. Это благоприятное обстоятельство сильно помогло выполнить все нужные работы.

Канат в сто пятьдесят футов длиной с привязанным к концу якорем был выброшен за борт корабля. Когда он упал на берегу острова, якорь зацепился за подводные камни, а потом прочно укрепился между двумя скалами. Канат натянулся от работы подъемных винтов, и Альбатрос сделался недвижим, подобно морскому судну, бросившему якорь. Воздушный корабль впервые причалил к земле после своего подъема в Филадельфии.

Остров, над которым остановился Альбатрос, был незначительных размеров. Но какую он занимал параллель? На каком меридиане находился? Принадлежал ли он к группе островов Тихого океана, Австралии или Индийского океана? Для выяснения этих вопросов Робуру надо было определить местонахождение корабля. Хотя он и не мог очень доверять своему компасу, он полагал, что находится в Тихом океане.

С высоты ста пятидесяти футов островок, береговая линия которого не превышала пятнадцати миль, казался трехконечной морской звездой. В юго-восточном направлении находился другой островок, а перед ним — группа скал. Вокруг острова не было ничего похожего на болота, что подтверждало мнение Робура относительно его положения, так как в Тихом океане бывают лишь ничтожные приливы и отливы.