Горячие губы затыкают мой рот нежным обольстительным поцелуем. Широкие ладони ласкают скулы мягкими прикосновениями. Наслаждаюсь моментом и вкладываю всю силу чувств в пылкий ответ. Люблю тебя...
- Знаю, малышка… Я тоже…
Отрываемся друг от друга. Тяжело дышим.
- Что ж, пора навестить матушку. И поставить в угол несносного батюшку… – невнятно бурчит Блэк.
- С ума сошёл? На дворе глубокая ночь. Ну нет, лосяш! Сейчас мы отправимся ко мне и выспимся. Утро вечера мудренее…
Утро следующего дня
Его глазами:
Я чувствую себя хорошенько отдохнувшим и полностью обновлённым. И хотя мы проспали всего часов пять, объятия кучерявой ведьмы оказались воистину лечебным. Прижав к груди хрупкую девичью фигурку, я провалился в целительную негу, мятежная душа погрузилась в умиротворение и покой.
Вчера ноги сами принесли меня к Волконской… Кудряшка…С некоторых пор русская гордячка стала нужна мне как воздух.
Вприпрыжку выхожу из подъезда. Красивые резные снежинки плавно кружатся и лениво спускаются с неба. Кажется, ночные заморозки наконец-то привели в гости долгожданную зиму.
Прости, друг, до встречи весной. Я хлопаю по кожаному сидению и ласково прощаюсь с металлическим конём. Поёжившись от свежести морозного, зимнего утра, отправляюсь на поиски метро.
Полчаса спустя
- Привет, мам… – стряхиваю снег с задубевшей кожи старой мотоциклетной куртки. С наслаждением вдыхаю сладкий аромат домашней выпечки. Запах нежнейших кружевных блинчиков витает в воздухе, отправляет в счастливое, местами беззаботное детство.
Каждую субботу мама баловала меня любимым блюдом. Щедро сдабривая сгущёнкой румяные лепёшки из тонкого теста, я, сидя на стуле и болтая ногами, уплетал лакомство за обе щёки, запивая крепким чаем.
- Ох, Ронни… Доброе утро! – невысокая женская фигурка выныривает из крохотной кухни. Я сотни раз предлагал поменять маленький домик на что-то более просторное, но мама всегда отказывалась. Воспоминания о былой любви не позволяют дорогой мне женщине расстаться с отвратительным жилищем.
- Доброе? – я ехидно хмыкаю и кидаю выразительный взгляд в сторону гостиной, – Думаешь?
- Ронни, пожалуйста… Держи себя в руках, папа серьёзно болен, – внутренняя мать Тереза Джинни пытается сдвинуться тумблеры жалости к максимальной отметке, – Он заслужил покой и понимание...
Ага…Вечный, блядь. И хотя я клятвенно обещал не злиться, желание проломить пустую отцовскую голову снова начинает зашкаливать.
- Как и ты, мам... Но я постараюсь, – мягко улыбаюсь, крепко обнимаю родного человечка. Постояв пару минут в тишине, я плавно подталкиваю Джинни в сторону кухни:
– Не сваришь мне свой фирменный кофе?
Обеспокоенный взгляд голубых глаз хрупкой блондинки говорит лучше всяких слов. Тяжёлый вздох и мама покорно уходит. Я с шумом втягиваю большую порцию кислорода в лёгкие и поворачиваю золочёную ручку деревянной двери.
- Доброе утро… Найджел… – раздражённо проскрипев приветствие сквозь зубы, осматриваюсь в поисках отца.
- Доброе, сынок… Странно, я думал, что ты прискачешь ещё вчера, – высокая мужская фигура замерла у громадного венецианского окна, укрощающего крохотную гостиную.
Отцовский подарок…Мама бесконечно рассказывала эту историю. Джинни с детства мечтала сидеть у огромного окна и любоваться розовым садом. И возлюбленный осуществил сокровенное желание девушки, перестроив домик.
- Так и думал… Ты специально не оставил распоряжений насчёт управляющего… – знакомая горечь разочарования защипала лёгкие. Где-то в глубине души я надеялся, что папенька просто «забыл» от горя.
- Конечно! Как ещё заставить тебя понять, что бизнес – твоя стихия! – самодовольная ухмылка растекается по наглой физиономии. Найджел разворачивается. Чёрные глаза вгрызаются в меня торжествующим взглядом. Лучи утреннего солнца хорошо освещают силуэт Блэка.
Чёрт…Мы действительно похожи. Внешне. Рост, фигура, черты лица. Даже ухмылки одинаковые…Только вот красивый в прошлом мужчина, сейчас больше смахивает на жалкую тень самого себя. Смуглая кожа приобрела жёлтый нездоровый оттенок. Фамильный нос ещё больше заострился, а когда-то сильное, мускулистое тело стало сухим и худощавым. Болезнь поедает мужчину изнутри. Злость и раздражение гаснут в мгновение ока, слишком сильно «впечатляет» внешний вид отца.