— Насколько остальные могут знать, на мулов могут быть нагружены сумки с зерном. Предполагая, что вы не будете кричать об этом на всю улицу, — заявил я. Их обоих я уже окружил щитами, поэтому меня это особо не заботило. Я не мог представить, чтобы какие-либо уличные бандиты могли представлять для нас хоть сколько-нибудь осмысленную угрозу.
— Зерно не такое тяжёлое, Морт. К тому же, многие люди уже знают, что именно мы вынесли из банка, — ответила она.
— Например?
— Например — Мистер Астон и все, кто работает в Королевском Банке, идиот.
— Я думаю, что у банкиров едва ли есть причина нас грабить — да они и не похожи на тех, кто занимается подобным. Что они сделают? Будут угрожать нам своими бухгалтерскими книгами? — засмеялся я.
Сайхан фыркнул:
— Они скорее всего наняли бы кого-то другого для такой работы.
— Нельзя нанять воров, чтобы украсть золото. Они его просто оставят себе, — указал я.
— Ты прав, — согласился Сайхан. — Они наймут убийц, и позволят им оставить себе золото в качестве бонуса.
— Ну хоть у вас есть здравый смысл, — вставила Пенни.
— А какая им с этого была бы выгода? — из подлинного любопытства спросил я.
— Твой аккредитив мгновенно перестанет быть действителен, и все остальные деньги останутся в банке, — мгновенно ответил Сайхан.
Вынужден был признать, что в этом он был прав. Я не принимал во внимание все возможные мотивы. Хотя в данный момент я мало что мог поделать. Я расширил своё восприятие, чтобы лучше следить за происходившим вокруг нас. Мне определённо придётся подумать над нашей поездкой обратно домой. Они знали, что мы уезжаем, они знали, куда мы направлялись, и они знали, когда мы пустимся в путь.
Мы прибыли к дому Ланкастера. Я ожидал, что тот будет великолепен, и я не был разочарован. На самом деле дом был построен на некотором расстоянии от дороги, и само владение окружала небольшая каменная стена, предоставляя уединение и защиту для семьи. Тяжёлые кованые железные ворота преграждали доступ на территорию. Рядом с ними был колокол, в который можно было позвонить для привлечения внимания, если никто не смотрел за воротами. К счастью, там кто-то был, и нам звонить не пришлось.
— Мордэкай, это ты? — послышался голос гвардейца.
Я внимательно присмотрелся к нему — это был мужчина под сорок, стройный, с коричневой от загара кожей.
— Уо́ллас? — спросил я. Я не был уверен до конца — в юности запоминание имён всех гвардейцев не казалось мне особо важной задачей.
— Ха! Это ты, мальчик! Рад тебя видеть. Подожди, я сейчас открою ворота. Его светлость сказал, что ты сегодня зайдёшь, — сказал он, аккуратно размыкая ворота, и повернул маленькую лебёдку, чтобы распахнуть перед нами створки. Он мог бы использовать устроенную сбоку от ворот дверь поменьше, но мулы с их поклажей туда не пролезли бы.
Приятно было видеть кого-то, кто знал меня ещё с детства. Это несколько снижало чужеродность ситуации. До этого мига я не осознавал, насколько сильно столица заставила меня тосковать по дому. Расслабившись я ощутил кружившийся вокруг нас ветер, и мне почти казалось, что он что-то шептал мне. Воздух дёргал меня за волосы и вихрем кружил листочки по внутреннему двору. Я улыбнулся, и сделал глубокий вдох. В бормотании ветра я увидел деревья вдоль западного края города, где королевский заповедник доходил почти до стен города. Прошедший там лёгкий дождь наполнил воздух свежими запахами земли и зелени.
Из грёз меня выдернула ладонь, которую Пенни положила мне на плечо:
— Морт, ты в порядке?
— Конечно, а что? — посмотрел я на неё, хотя мои глаза не сразу смогли на ней сфокусироваться.
— Ты просто стоял, улыбался и бормотал что-то себе под нос. С кем ты говорил? — спросила она, и её тёмно-карие глаза были полны заботой.
— Ни с кем, я просто слушал ветер… он говорил о дожде, и…, - сказал я, прежде чем спохватился. Как только я произнёс слова «он говорил», её глаза сузились. — То есть, я ощутил запах недавнего дождя. Хороший, погожий денёк. Я не хотел тебя волновать, — закончил я альтернативное объяснение.
— Мордэкай! — крикнул мне Марк, выходя из дома, чтобы поприветствовать нас. — Как всё прошло в банке? Когда я сказал отцу, куда ты пошёл, он подумал, что нам, возможно, придётся послать отряд стражи, чтобы помешать им тебя посадить. Он, похоже, думает, что они совсем не рады будут тебя видеть, — выдал он. Для праведника и святого человека, он выглядел удивительно похожим на всё того же старого друга, которого я всегда знал.
— Ха! — ответил я, забыв своё недоверие к его новой профессии. — Они были даже чересчур рады приветствовать нас с распростёртыми объятьями, и распахнуть свои денежные сундуки! Они отослали нас прочь с вот этим символом их доброты, — сказал я, обозначив жестом мулов с их тяжёлой ношей.
Пенни нахмурилась:
— Он хочет сказать, что они чуть не вышвырнули нас, пока он не пригрозил превратить банк в гору камня и песка.
Маркус засмеялся, хоть она и не шутила. Пенни была не очень рада тому, как я разобрался с ситуацией в банке. Я не мог не задуматься, почему Марк был в таком хорошем настроении.
