Милан Ольшер входит в кабинет полусогнувшись. Честно – уж лучше высокомерие Огюста, чем такое показушное подобострастие. Я не обращаю внимания на заранее заготовленную льстивую речь – внимательно разглядываю красавца-эконома. Смазлив, ухожен, тщательно следит за собой: русые от природы волосы высветлены до платинового блеска, кожа хранит отпечаток косметической магии, бытовые омолаживающие заклинания позволяют выглядеть лет на семнадцать. Сшитый на заказ костюм подчёркивает несомненные достоинства отличной фигуры, улыбка и взмах густых ресниц явно отрепетированы перед зеркалом. Это не врождённая грация Шайдэна и не породистое изящество Далайна или Далэра. В Милане слишком много нарочитого, искусственного, вызывающего у меня отторжение на интуитивном уровне.
– Господин Ольшер, – перебиваю его пустословие, – неужели вы всерьёз думали, что у вашего романа с Тейной есть будущее?
Он осекается и хватает ртом воздух. Мгновенно выпрямляется и протестующе выставляет вперёд руки.
– Ваше Величество, не представляю, кто меня оклеветал, но это грязные домыслы! К госпоже Тейне я испытываю исключительно глубокое почтение!
– Вы лжёте вашей королеве, – мой голос ровен и холоден. – Разве вы не знаете, что маги первого уровня чувствуют ложь?
О, если б это было так, сколько преступлений мы раскрыли бы, только опросив подозреваемых! К сожалению, нам доступны лишь косвенные признаки – учащённое сердцебиение, бегающий взгляд, сбитое дыхание, крошечные запинки перед словами.
– Ваше Величество! – умоляюще сложенные руки и честные-пречестные прозрачно-голубые глаза. Тоже косметика – такой голубизны у людей не бывает. – Заверяю вас…
От моей плотоядной улыбки он умолкает сам.
– Странно, что на службе у древнейшего магического рода вы так мало знаете о магии, господин Ольшер, – вкрадчиво замечаю я. – Иначе не врали бы так нагло. Когда Лаиса застала вас двоих в музыкальном салоне? Вчера? Свежие воспоминания маг моего уровня считает даже на расстоянии и без вашего разрешения.
Вряд ли Милан совсем профан – хоть что-то о госпоже Родери да слышал. А слухи преувеличивают мои способности раз в десять, если не больше. Забавно наблюдать, как щёки эконома сначала краснеют, затем стремительно бледнеют. Страх. За секунды Милан сознаёт, чем обернётся для него связь с дочерью хозяина и чужой невестой. Он неуловимо меняется. Притворяться недалёким малым больше не имеет смысла.
– Вы собираетесь всё рассказать господину Огюсту? – кроме испуга в голосе появляется расчёт. Так загнанная в угол крыса прикидывает: какие у неё шансы прорваться?
– Меня сейчас волнуют не любовные интрижки, а исчезнувшая летопись. Хотя Даглар Роллейн мой давний друг, и он не заслуживает жены, которая изменяет ещё будучи невестой.
Милан еле заметно кривится, и я добавляю:
– В любом случае в ваших интересах быть со мной честным. Ведь я могу поговорить с Дагларом прямо сейчас, а могу и подождать до конца расследования. Выбирайте, господин Ольшер: предпочитаете быть вышвырнутым с позором или уйти по собственному желанию?
Эконом невесело усмехается. Почему-то эта горькая усмешка мне больше по душе, чем раболепная лесть.
– Варианта, где мы с Тейной живём долго и счастливо, вы не рассматриваете, Ваше Величество?
– Не в данной ситуации. И вовсе не потому, что вы – человек, а она – маг из древнейшего рода Лэргалла. Просто отношения, которые скрывают так долго, не могут быть настоящими. Вы пользуетесь Тейной или она вами – это изначально обречено.
Он взглядом ищет, куда присесть, но просить не отваживается.
– Садитесь, – приказываю сама. – У нас долгий разговор. И повторяю свой самый первый вопрос: вы действительно надеялись, что Огюст Реллан отдаст за вас свою дочь?
– В нашем мире случаются и не такие чудеса, – произносит Милан с иронией и тут же меняет тон на смиренный. – Нет, не надеялся. Но у меня не было выбора. Я не хотел потерять место эконома в Релланворде, получить которое стоило мне невероятных усилий.
Отчаянный взгляд неестественно-голубых глаз впивается в моё лицо.
– Вам вряд ли когда-нибудь в жизни приходилось кому-либо угождать, Ваше Величество. Посему глупо объяснять вам, что значит – прислуживать. Совмещать учтивое обхождение с хозяевами со строгостью к подчинённым, свежесть юноши с компетентностью зрелого человека. Не собираюсь утверждать, что не стремился понравиться Тейне, но я не ожидал, что она увидит во мне любовника. Доступного и безотказного.
– Вы хотите сказать, что легли с ней в постель под принуждением? – спрашиваю без обиняков.
– Если отбросить всю красивую словесную шелуху, то да.
Милан не отводит взгляд. Убери косметическую магию – и его внешность только выиграет. Симпатичный неглупый молодой мужчина. Зачем столько ухищрений, чтобы казаться не тем, кем ты являешься?
– Красивая, богатая и знатная девушка подарила вам свою благосклонность, а вы сопротивлялись?
