— Бегунью? — удивился я. — И чем же она так известна — эта Марла Ранян? — Я неодобрительно покачивал башкой и лил на дно рюмки коньяк. Тоненькой струйкой, чтоб не выветрить букет. — Что-то я о ней не слышал никогда. Что в ней такого особенного? Пф... Дай угадаю. Она стала, не знаю, первой трансгендерной женщиной, которая пробежала вокруг земли за восемьдесят дней?
Мне тогда эта шутка казалась смешной. Но когда я поднял глаза на Лену, то стало понятно — это фиаско.
— Нет, — ответила она без доли юмора в голосе. — Марла Ранян стала первой незрячей женщиной, которая дважды пробежала марафон. И оба раза финишировала восьмой. Опередив кучу абсолютно здоровых бегунов.
Я завис на этой реплике. Тупо застыл с открытым ртом. Коньяк лился в стаканчик и уже хлестал через края, разливаясь по столу. А я был в шоке от услышанного.
— То есть... Она была слепой и при этом бегала? — Для меня это стало парадоксом. Как незрячий человек мог бегать? — Это типа как? Бежать марафон с закрытыми глазами? Это вообще реально?
Я наконец заметил, что творю, и чертыхнулся. Начал вытирать салфеткой лужу на столе. Но мысли Лены были далеки от алкоголя.
— Ты себе даже не представляешь, как много всего можно делать, закрыв глаза.
— Серьезно? — усомнился я. — Ну например? Удиви меня...
Она грустно улыбнулась краешками губ и неожиданно поддела:
— Например, тратить свою жизнь на грязную работу. Которую боятся делать другие.
Я остановился, бросив полотенце на тарелку.
— Чего?
Это только что был выпад в мою сторону? Она... она меня просто уколола самым наглым образом. Она определенно слышала мой разговор.
— Ты просто закрыл на это глаза и делаешь ужасные вещи. В сравнении с твоими успехами, марафон — просто детский лепет.
Она встала из-за стола и собралась уходить.
— Чего? А ну постой! — хватал я Лену за руки, но она лишь отмахивалась. Демонстративно уходила, прихватив с собой собаку. — Стой, кому говорят! Мы с тобой не закончили, не смей уходить! Что ты хотела этим сказать?!
Но Лена лишь хлопнула дверью и бросила псине:
— Марла! Сторожить!
Эта сука прыгнула под дверь и стала на меня рычать. Как будто я в этом доме на птичьих правах, блядь!
— Лена, твою мать! ЛАНА! — Но все было тщетно. Я ей клялся, что не стану бить собаку... А ведь так хотелось. — Долбаные доберманы! Ненавижу!
Марат
Она себе даже не представляла, кто я такой. Упрекнуть меня в том, что я делаю "грязную работу"? Это было словно комплимент. Потому что я тварь. Самая настоящая. Без преувеличений и натяжек. Таким уж я был от природы, таким меня воспитывал отец. Таким меня сделала жизнь. Я не умел жить по-другому. Просто не умел.
А вот у Лены был еще шанс.
Я ее не испортил. Просто оставил дома, а сам уехал. Отключил тот долбаный замок и позволил ей уйти. Ее похищение было ошибкой, я не понимал, что творю, и просто хотел заглушить свою боль. Заполнить чем-то пустоту. Но в моем случае этим "чем-то" была только одна субстанция — злоба. Только злость и жестокость. Это все, что я мог продуцировать. А она такого не заслуживает.
— Алло, Шварц... — звонил я прямо за рулем.
Отправившись за той, ради которой привлекли специалиста. То есть меня. Отъявленного киллера без тормозов и предрассудков. Для меня существовал лишь один-единственный принцип: любое дело будет выполнено, каким бы оно ни было.
— Рад тебя слышать, Стрелок. Есть какие-то новости?
— Пока еще нет, но будут. Вот только не от Азизы Листьевой. Она новостей уже не расскажет.
— Хе-хе-хе... — радовался Шварц. — Это отличные новости, брат. Мне очень приятно видеть тебя в форме.
— Мне тебе перезванивать?
— Нет... Если все пройдет нормально, можешь не звонить. Просто отдохни, развейся. Сними шлюх, накати вискаря. Сходи в мой клуб. Там для тебя всегда открыто.
— Отлично. Так и сделаю. Будь уверен.
Были уже сумерки. Позднее время. Но она работала.
Известный журналист. Прослыла детективом и охотницей на виллы олигархов. Листьева искала пентхаусы в центре Москвы и дорогие яхты, которые принадлежат чиновникам. Видным людям с баранкой в декларации. Она вместе с командой таких же самоубийц сутки напролет шерстила реестры недвижимости, проводила журналистские расследования. Все это было опасно.
Если ты решил заняться таким делом, ты должен понимать — этот день придет. Он обязательно настанет. Ведь чем выше ты забираешься, ты выше будет рост амбала, которого пришлют по твою душу.
И судя по всему, Азиза была высоко.
— Всем пока! — махала она ручкой, направляясь к лифту.
Еще довольно молодая, но успешная женщина. Она сплотила журналистов и стала символом независимости. Символом раскрытия тайн и грязных секретов нашей власти. Ее выпуски смотрели миллионы. Не только у нас — по всему миру. Немудрено, что Шварцу заказали эту бабу. Я без понятия, кто настоящий заказчик. Но это мог быть кто-то крупный, кто-то очень известный — кому уж очень не хотелось, чтобы вышло интервью.
Первое правило: подкрадывайся. Чтобы сделать все чисто — просто сойди за своего и не дай овце подумать, что ты волк в овечьей шкуре.
