4 ноября 1959 года в Севастополе была открыта диорама «Штурм Сапун-горы 7 мая 1944 года», посвящённая подвигу воинов Четвёртого Украинского фронта, которые всего за девять часов боя штурмом взяли Сапун-гору. Рядом с мемориалом и вдоль всего семикилометрового хребта теперь тоже шумят ряды семидесятилетних сосен.
Навал
12 февраля 1988 года два небольших сторожевых корабля Черноморского флота СССР совершили невозможное: решились на открытое силовое противостояние превосходящим их втрое и впятеро крейсеру и эсминцу США, которые вторглись в наши территориальные воды у Севастополя. И заставили нарушителей границы ретироваться, не применив вооружение. Эту неравную схватку главком ВМФ адмирал Чернавин позже назовёт последней военно-морской операцией холодной войны.
Заход американских кораблей в полной боевой готовности и со включёнными РЛС в Чёрное море 13 марта 1986 года был откровенным вызовом. И ввиду безнаказанности разгневал даже Горбачёва, несмотря на все речи о партнёрстве с Западом. Территория страны на несколько сот километров просматривалась и прослушивалась чужими электронными «ушами».
Во-первых, строилась дача генсека под Форосом – та самая…
Во-вторых, рядом гидрографические объекты флота, поскольку от мыса Сарыч, крайней южной точки полуострова, до Турции около 300 километров – в бинокль увидишь.
В-третьих, и это важнее всего, в Новофёдоровке (западнее) на авиабазе ВМФ был специально создан тренировочный комплекс палубной авиации. Там испытывали новые образцы авиатехники для оснащения тяжёлого крейсера «Адмирал флота Кузнецов», а также образцы сопутствующих электронных устройств.
На перехват американцев были отправлены сторожевые корабли «Беззаветный» (им командовал капитан второго ранга Владимир Богдашин) и СКР-6 (командир – капитан третьего ранга Анатолий Петров) в сопровождении вспомогательных судов и авиации. Тогда и был выполнен под видеозапись не ожидавших отпора американцев удар по касательной в борт «Йорктауна» (таран под острым углом).
За два года до описываемых событий те же «Йорктаун» (ракетный крейсер) и «Кэрон» (эсминец, в нынешней классификации – корвет) из состава Шестого флота США уже пересекали границу неподалеку от базы Черноморского флота. Не боялись ничего, шли в открытую, маневрируя практически у самого берега, включали на полную оборудование для радиоэлектронной разведки и даже прогревали ракетные установки, имитируя пуски. Вообще провокации тогда сыпались одна за другой: вспомнить хотя бы приземление Матиаса Руста на Красной площади. Над Баренцевым морем, как и сейчас, советским пилотам приходилось отгонять самолёты НАТО, угрожая тараном, вплоть до повреждения винтов двигателя.
На этот раз американцы до последнего хранили полное радиомолчание, шли от проливов в густом тумане, но их точные координаты по просьбе военных моряков передал проходивший Босфор наш гражданский паром.
Следы
16 ноября 1920 года, век назад, 126 судов покинули берега Крыма. Завершение сражений Гражданской войны на Юге России позже назвали Русским Исходом.
25 декабря часть Русской эскадры прибыла в Бизерту (Тунис, тогда североафриканское владение Франции). Корабли бывшего Черноморского флота, эвакуировавшие белогвардейцев из взятого Красной Армией Крыма, сохраняли боеспособность ещё в течение четырёх лет. Эскадра была расформирована и спустила на кораблях Андреевские флаги лишь после установления дипломатических отношений между Францией и СССР в октябре 1924 года.
Дядя
Однажды в конце июня – в такую пору в маленьком подмосковном посёлке, где все друг друга знают в лицо, начинают то и дело попадаться незнакомые столичные дачники – я услышала накануне очередного отъезда к родителям вопрос за спиной… и написала потом стихотворение.
Святой равноапостольный Кирилл (в миру Константин, за владение искусством красноречия прозванный Философом), создатель славянской азбуки и богослужебных книг, провёл зиму в Херсонесе. Здесь он готовился к миссии по освобождению православных из мусульманского плена на территории нынешней Сирии. Когда спустя несколько лет Константин вернулся в Херсонес, уже работая над алфавитом для богослужебных книг, тут были подняты со дна морского мощи святого Климента и затем доставлены к папскому престолу, за что благосклонный Папа Римский даровал славянам разрешение проводить церковные службы на родном языке.
