Родительский парадокс полностью

— Но я была привязана к ней, — сказала Шэрон. — Может быть, она и не отвечала мне взаимностью, но я была привязана к Мишель. И этого было достаточно. Я не могу объяснить, почему полюбила ее. Но я любила. Я всегда ее любила.

К. С. Льюис в книге «Любовь» проводит различие между любовью-даром и любовью-нуждой. «Типичный пример любви-дара — любовь к своим детям человека, который работает ради них, не жалея сил, все отдает им и жить без них не хочет. Любовь-нужду испытывает испуганный ребенок, кидающийся к маме».

Беседуя с родителями маленьких детей, я постоянно видела любовь-нужду, и с такой любовью ничто не сравнится. Большинству взрослых незнакомо абсолютное обожание, когда человека возводят на недостижимый пьедестал, и ничто не может его оттуда сбросить. Такое чувство незнакомо многим людям, как бы сильно ни любили их супруги или друзья.

— Может быть, это эгоизм, — сказала одна женщина из группы Энджи, — но в этом возрасте мы составляем весь их мир. И мне это нравится…

— …И поэтому, — закончила ее соседка, — мы не хотим, чтобы они вырастали.

Многим взрослым нужны люди, которых можно было бы любить. Но у маленьких детей любовь почти неотличима от нужды, и это делает их обожание особенно мощным. Дети живут настоящим, им легко прощать. У них еще не сформировался психический механизм обиды. («Когда я прошу прощения, она сразу же меня прощает, — сказала нам еще одна участница семинара. — Она говорит мне: хорошо, мамочка, все хорошо».) Малыши и дошкольники не умеют дуться, копить обиду, ставить условия для своей любви. Они просто любят. И все.

И все же с наибольшим жаром родители говорили о любви-даре, а не о любви-нужде. Любовь-нужда исходит от детей. Любовь-дар отдают родители. С любовью-даром бывает трудно, что бы ни утверждали авторы жизнерадостных книг о современном родительстве. Многим родителям это не дается так легко и просто, как от них ожидают.

Мало кто, взяв на руки новорожденного, мгновенно преисполняется ощущения любви-дара. Эта любовь расцветает со временем. Эту мысль прекрасно высказала Элисон Гопник в книге «Философское дитя». «Не следует думать, что мы заботимся о детях, потому что любим их, — написала она. — Нет, мы любим их, потому что заботимся о них».

Именно такую любовь испытывала Шэрон к Мишель. Воспитывая ее день за днем, она полюбила эту девочку, привязалась к ней и хотела защищать ее, несмотря ни на что. И сложное поведение Мишель в подростковом и взрослом возрасте никак не могло повлиять на эту любовь.

Я не хочу сказать, что любовь-дар доступна лишь родителям или что родители преуспели в ней больше, чем люди, не имеющие детей. Очень часто родители ставят условия для своей любви. Случается и такое, что родители с ужасом обнаруживают, что вовсе не любят своих детей.

Шэрон прекрасно помнила собственное прошлое за десятки лет до появления в ее жизни Кэма. Они с мужем развелись очень рано, и Шэрон сильно страдала — причем не только морально. Иногда ей не хватало средств на то, чтобы приготовить детям на обед что-то, кроме бутербродов. Она упустила многие важные моменты жизни — первые шаги и первые слова своих детей, — потому что все свое время тратила на поиски преподавательской работы.

После самоубийства Майка Шэрон пережила тяжелую депрессию, которая не прошла бесследно. Даже будучи дома, она словно отсутствовала, и дочери ее переживали двойную утрату — они потеряли не только брата, но и мать.

— Не хочу сказать, что я была плохой мамой, — сказала мне Шэрон. — Но я очень нуждалась. Я должна была воспитывать детей, но я не могла дать им все необходимое.

Шэрон полна сочувствия к той молодой женщине, какой она была когда-то. Она понимает, что жизнь ее была бы проще, если бы общество хоть чем-то ей помогло. Но сложности того времени определили ее внутреннюю жизнь и последующий выбор.

— Я знала, что не смогу внушить детям представление о том, что мир безопасен, что они всегда смогут получить помощь, если она им понадобится, — сказала мне Шэрон. — Это знание определило мою жизнь и то, что я делаю для других людей. Именно оно определяет все, что я делаю для Кэма.

Кэм же много лет спустя дал ей возможность проявить все свои лучшие качества. Именно это и делают дети: с ними мы проявляем себя с лучшей стороны, даже если до их появления катастрофически не желали этого делать.

Бескорыстная и щедрая любовь требует усилий. К. С. Льюис пишет: «Да ведь всякий ребенок порой невыносим, а многие дети — чудовищны!.. Да ведь во всех, и в нас самих, что-то вынести невозможно». Но когда мы проявляем свои лучшие качества, то можем преодолеть эти несовершенства и любить своих детей, думая только об их благе.

«Существует много способов приближения к этому идеалу и умению заботиться о других — и способы эти не связаны с детьми, — пишет Гопник. — И все же забота о детях — это самый быстрый и эффективный способ почувствовать себя хотя бы отчасти святым».

Прошло около полутора часов. Неожиданно на лестнице появился Кэм.

— Кэмерон! — воскликнула Шэрон. — Ты проснулся! Спускайся к нам, милый!