Она подмигнула нам и прежде, чем я успела что-либо ответить, вылетела за дверь. Я неповоротливо уселась на диван, поджав одну ногу под себя, стряхнула невидимые пылинки с джинсовых штанов и, встретившись глазами с Аккэлией, тут же отвела взгляд в сторону.
— Ты знаешь, я не буду сидеть тут с тобой и вести светские беседы, — бросила волчица, вскочив с дивана.
— За что ты меня ненавидишь?
Мой голос дрожал и срывался.
— Ненавижу? — Аккэлия подавила смешок. — Скорее презираю. Я считаю, что тебе не место среди нас, — волчица стояла прямо передо мной и ее взгляд прожигал меня насквозь. — И для твоего же блага тебе стоит убраться из нашей школы поскорее и забыть ее как страшный сон.
Я опустила взгляд на свои пальца, которые нервно переплелись между собой.
— Ты права, — я старалась не смотреть на собеседницу, не хотела показывать ей слезы, пробивающиеся сквозь пелену маски безразличия. — Но мне больше некуда идти.
— Тогда перестань быть слабой! — Почти закричала Аккэлия. — Или хотя бы научись притворяться сильной. Иначе этот мир сожрет тебя живьем и выплюнет не подавившись.
Я вытерла первые слезинки, покатившиеся по щекам. Сколько раз я уже плакала с тех пор, как поселилась здесь? Аккэлия права. Если хочешь стать кем-то, в первую очередь, нужно им притвориться. Но как избавиться от страха, стыда и неуверенности?
— Тебе пошло бы на пользу пожить в моей семье, — волчица вздохнула. — Знаешь почему я стала одной из лучших учениц и, к тому же, занимаю первые места в соревнованиях по кэндо?
Я вопросительно посмотрела на нее.
— Потому что родители научили меня быть сильной. Если чувствуешь, что хочешь заплакать, направляй свою энергию в злость. Сейчас тебе стоило разозлиться на меня, я сказала, что тебе здесь не место. Но ты предпочла заплакать вместо того, чтобы защитить себя. Что с тобой не так? — Аккэлия скрестила руки на груди и подняла одну бровь.
— Тебе легко говорить, у меня то нет суперсилы, — процедила я. — Хотела бы я тоже родиться колдуньей или оборотнем или на худой конец — стать вампиром.
— Так ты думаешь дело в этом? — Аккэлия засмеялась — Нет, девочка, дело в твоем характере. Иметь стержень может любой, независимо от того, кем рожден. Пока что внутри тебя я этого стержня не заметила, — она подошла и положила руку мне на плечо. — Больше душевного разговора у нас не будет никогда, я даю лишь один шанс и дальше решаю, достоин ли человек моего уважения. Я дам тебе совет, понимай его как хочешь: не нужно стремиться быть кем-то другим. Надо стать лучшей версией самой себя.
Лицо Аккэлии на секунду стало добрее.
— Я позову Анастасию, — она повернулась и уходя сказала, как бы самой себе. — Надеюсь она уже вернулась со свидания с этим качком.
Волчица захлопнула дверь, оставив меня наедине со своими мыслями.
Через некоторое время пришли девочки. Мы посвятили Анастасию в свои план.
— Вы сбрендили? — Сказала она тоненьким голоском. — Если Оливию защитит ее фамилия, то нас с тобой точно отчислят.
— Послушай, наш план продуман до мелочей, если мы будем четко ему следовать и держать все под контролем, никто не узнает, — сказала Аккэлия.
— А вдруг мистер Блэквелл именно сегодня решит проверить кабинет? Или Вивьен догадается, что мы за ней следим? Или Уиллис … ой, мамочки, об этом даже думать не хочу, — взвизгнула Анастасиа и ее глаза расширились от ужаса.
— Речь же идет о Вивьен. Она наша подруга, — уговаривала вампиршу Аккэлия. — Тем более без тебя нам не справиться, мы должны знать, что натворил Уиллис и как рассеять его чары.
— Если что-то пойдет не так… — вмешалась я. — Я приму огонь на себя. Мне все равно здесь не место, — я бросила взгляд на Аккэлию. — Если кого и должны отчислить, то пусть это буду я.
— Оливия, ты не должна … — начала Анастасиа.
— Должна, — прервала ее Аккэлия.
В этот момент в комнату ворвалась Агата.
— Готово, — серьезно сказала она.
Мы дождались вечера. Мы болтали, смеялись и рассказывали друг другу разные истории из жизни, пока не прозвенел будильник, который я заранее завела на девять вечера, зная, что дядя пьет чай в девять тридцать. Я провела по экрану телефона, и мелодия замолчала.
— Пора, — сказала я.
— Будь осторожна, — Агата передала мне зелье и обняла. — Если директор что-то заметит или будет вести себя подозрительно, не стоит рисковать.
— Нужно действовать так, как мы договорились и тогда не будет никаких «если», — отрезала Аккэлия.
Анастасиа выглядела обеспокоено, она молча взяла волчицу за руку и кинула на меня тревожный взгляд.
— Я справлюсь.
Попытавшись успокоить девочек, я отправилась на первое в своей жизни секретное задание.
Оден сидел напротив Сальватора, облокотившись на стол одной рукой. Его пальцы нервно постукивали по дереву, один за другим опускаясь на поверхность. Директор же, напротив, был спокоен. Он опирался подбородком на кулак, а его ноги под столом были скрещены между собой.
— Почему ты думаешь, что Маркус замешан в этом? — Спросил Сальватор.
— Изучил тело последнего из убитых, — чуть погодя ответил Оден. — Я уловил тонкую нить энергии голубого цвета.
— Энергия колдунов, — заключил Сальватор.
