Вид второго хранителя был ужасен: он напоминал ожившую мумию, которую зачем-то нарядили в балахон; тонкие, почти исчезнувшие губы не скрывали гнилых зубов, жидкие остатки волос едва держались на жёлтом черепе, а запавшие глаза блестели безумием и каким-то жутковатым весельем.
– Гости, – пробормотал он свистящим шёпотом. – Люди…
– Люды? Ты сказал «люды», Григорий? – раздался из тьмы глухой низкий голос.
Морозов хлопнул в ладоши, и окружавшая их тьма осветилась тысячью крошечных огоньков.
– Где они?
– Откуда я знаю? – огрызнулся люд.
– Разве ты не видел?
– Нет.
– Проклятье! – Забыв об осторожности, Ашрав рысцой пробежался вперёд, туда, где только что стояли челы, потоптался, озираясь, и всплеснул руками: – Проклятье!
Они исчезли.
Во-первых, непонятно куда. Во-вторых, прихватив с собой и книгу, и ребёнка. В-третьих, и в самом деле непонятно куда, потому что Турчи не почувствовал движения магической энергии, а значит, или его не было, или возможности похитителей намного превышали способности шаса.
– Есть мнение, что пора вызывать поддержку, – негромко произнёс подошедший Лютополк. – Происходящее перестало мне нравиться.
– Мы обещали не мешать, – уныло напомнил шас. – Мы оба.
– Проклятье!
– Вот именно. – Задумавшийся Ашрав подошёл к бойнице, рассеянно разглядывая двор крепости, и вдруг улыбнулся: – Я знаю, кто нам поможет!
Лютополк проследил за взглядом компаньона и тоже хмыкнул, увидев внизу Лисина.
Незаметно для себя они оказались в большой комнате без окон, в центре которой стоял длинный, составленный из тяжёлых досок стол, за которым разместились семь фигур в одинаковых коричневых балахонах. Капюшоны были традиционно низко опущены, но морщинистые подбородки, седые бороды и руки, похожие на сухие птичьи лапы, показывали, что возрастом собравшиеся не уступали Морозову.
– Где люды? – снова прогудел тяжёлый бас.
– Здесь только челы, – то ли успокоил, то ли огорчил вопрошавшего Морозов. – Мой правнук и его друзья.
– Что? – Велена резко повернулась к старцу.
– Неужели ты думала, что я спутаю тебя с внучкой, ведьма? – усмехнулся тот. Остальные старцы широко заулыбались. – Жизнь в ордене учит нас издалека распознавать родную кровь, и я уверен, что в тебе моей нет ни капли. А вот в нём… – Морозов с нежностью посмотрел на спящего Кирилла. – В нём её полно!
– Повезло, – процедил один из старцев.
– Я старался, – поднял указательный палец Морозов. – Я сделал всё, чтобы ко мне пришли.
– Ты только это и делал.
– Зависть – плохое чувство.
– Что здесь происходит?! – рявкнул Климов, вытаскивая пистолет. – Я хочу знать!
– Мы беседуем, – отмахнулся Морозов.
Попытался отмахнуться, потому что разозлившийся Игнат схватил старика за плечо и повернул к себе.
– Отвечай!
– Зачем ты сюда пришёл? – поинтересовался тот в ответ.
– Я…
– Ты прослышал об Источнике Бессмертия, что спрятан глубоко под Вечной башней? Он есть, и ты стоишь в шаге от него. А мы – мы все – этот шаг сделали. Мы храним Источник, будь он проклят, мы пьём из него, но не можем выйти за пределы Башни, которой давно нет. Не можем!!
– Пока хранитель не найдёт себе сменщика, в котором течёт родная кровь, – глухо добавил один из стариков и клацнул гнилыми зубами.
– И ты мне его доставила, ведьма, – закончил Морозов и сделал движение, намереваясь забрать ребёнка у Велены.
– Не подходи! – завопила та, а Климов выстрелил, среагировав на истошный визг ведьмы.
И не только Климов.
Кирсанов и Ярцев отработали профессионально: оружие достали сразу, как только вытащил пистолет шеф, и огонь открыли одновременно с ним, чётко распределив цели: Кирсанов палил по тем старцам, что сидели с правой стороны стола, Ярцев – по тем, что слева. Климов – по Морозову. Пистолеты у них были в полном порядке, однако результатом их действия стали грохот, пули в стенах да вонючий пороховой дым.
– Вы совсем дегенераты, да? – с сожалением поинтересовался Морозов. – Или вы меня не слушали?
Челы ошеломлённо замерли, разглядывая улыбающихся стариков, а Морозов вновь повернулся к Велене.
– Отдай ребёнка.
– Сделаешь ещё шаг – и я его убью, – громко пообещала ведьма.
– Тоже не умна, – произнёс старик, на этот раз обращаясь к товарищам. Те стали улыбаться с ещё большей силой. – Ты ещё не поняла, что магия здесь не действует?
Велена закусила губу.
– Всё это – последствия катастрофы! – Морозов развёл руки в стороны. – Вечная башня рухнула… Ты можешь это представить? Ты вообще можешь представить что-нибудь действительно вечное? Что-нибудь такое, чьё существование измеряется тысячами тысяч лет? Можешь? А теперь представь, что это – разрушилось. Но поскольку было вечным, то не погибло, а приняло форму эфирного отражения, выйдя за пределы понимания не только науки, но и магии. И хранители оказались запертыми рядом с величайшим артефактом в истории. Мы бессмертны, но кому нужно бессмертие, если мы заперты в эфире?
– Как же мы здесь оказались?
– Он провёл вас. – Старик с нежностью кивнул на спящего малыша. – Мой правнук. Моя родная кровь.
